ХУДОЖНИК - ЭТО ПУТЕШЕСТВЕННИК И ПЕРВООТКРЫВАТЕЛЬ
Сегодняшний гость "КР" - преподаватель рисунка, живописи, композиции в Красноярском художественном училище имени В. И. Сурикова Виктория ДИДКОВСКАЯ.

- Виктория Казимировна, как рано вы начали осознанно учиться рисованию?

- Я всегда была человеком разносторонним и увлекающимся. Ещё в школе записывалась во все кружки, которые нам предлагали. Так я попала в детскую художественную школу. Мне было 7 лет.

Параллельно занималась ещё и спортивной акробатикой и не могла определить, что мне больше нравится. Но когда начало совпадать время занятий, в приоритете оказалось рисование.

- Кто из преподавателей воодушевил вас заниматься художественным творчеством?

- Это был Александр Евгеньевич Ульянов, мы до сих пор переписываемся, вспоминаем времена, проведённые в художественной школе. Меня и ещё одного мальчика из класса он целенаправленно готовил к поступлению именно в художественное училище.

Учёба в училище мне очень нравилась, повезло с группой: все мы были ребятами очень увлекающимися, рисовали днями и ночами, и, может, поэтому больше половины из нас стали художниками.

- Часто ли такое рвение встречается среди ваших студентов?

- Да, бывает. Я бы студентов разделила на две группы: есть реально "болеющие" искусством, а есть те, кто вообще не понимает, зачем сюда пришёл. Не факт, что последние поймут это в училище, поскольку становление художника - процесс очень длительный.

По своему педагогическому опыту могу сказать, что творческий прорыв может наступить и после окончания училища, и после окончания института, а у кого-то ещё позже. Не каждый это понимает в 15 лет. Я, например, стала студенткой училища именно в этом возрасте.

- Атмосфера, наверное, была заразительная?

- Да, очень. Но, даже выпускаясь из училища, я не думала, что буду художником.

- И, наверное, преподавать не собирались?

- Даже не думала, хотя педагогическую практику прошла на "отлично", и мне она очень понравилась. Но прежде чем преподавать, я ещё 6 лет училась в художественном институте на живописном отделении.

Вообще мне в жизни очень повезло с педагогами. Из училищных наставников всегда с особой благодарностью вспоминаю В. А. Сергина, преподавателя живописи, он нас вдохновлял своими красочными, яркими картинами, мы все мечтали писать "как Сергин".

А. Ф. Грачёв вёл рисунок, был для нас "папой", заботился, с ним мы готовили спектакли по произведениям М. М. Зощенко и других писателей, сценки на все праздники.

Всегда помню С. В. Гурьева и Р. Р. Сорокина - преподавателей композиции, хотя они и вели у нас один предмет, но в разное время. Р. Р. Сорокин относился к этому предмету легко, в основном развивая нашу фантазию, а С. В. Гурьев вёл на старших курсах и учил нас думать и мыслить грамотно, много рекомендаций давал по живописи и по рисунку.

В училище я получила хорошие знания, но когда поступила в институт, то увидела разницу между этими учебными заведениями. В училище больше самовыражения. Мы писали в различных техниках, разными инструментами (кистью, мастихином), перепробовали разные способы грунтовки и многое другое.

Было много творчества в хорошем смысле этого слова. В институте же на 1-2-м курсах я не смогла быть собой, даже при моём, как мне кажется, сильном характере, пыталась даже бросить учёбу, потому что мне казалось, будто ничего не получается.

- Но всё-таки не бросили... Почему?

- Решающим шагом стало распределение в мастерскую Анатолия Марковича Знака. Я загадала: если меня распределят именно в его мастерскую - я останусь, если нет - уйду. И так получилось, что меня определили именно к нему.

- А как вы всё-таки решили стать преподавателем?

- Это произошло во время обучения у Анатолия Марковича. Это человек-солнце, он заряжал нас творчеством, энтузиазмом, тогда я точно поняла, что художник - это моё призвание.

На шестом курсе института (я уже работала над дипломной работой) мне вручали студенческую премию, и на вручении я встретила Сергея Викторовича Гурьева, директора художественного училища.

- Он же был вашим дипломным руководителем?

- Да, и после защиты диплома мы - выпускники - обещали навещать учителей и своё любимое учебное заведение. Но в институте была очень большая нагрузка, поэтому в училище за все 6 лет после выпуска мы были всего один раз.

И Сергей Викторович на вручении премии спросил у меня: "Когда ты была в училище последний раз?" Мне стало так стыдно, что я не сдержала обещание навещать училище, которое было мне вторым родным домом!

После этого разговора мы с одногруппницей Ниной Водиной пришли повидать училище, Сергей Викторович водил нас по мастерским, показывал, как сильно изменилось учебное заведение. И я не выдержала, говорю: "Берите нас уже на работу". А он и отвечает: "Я вас поэтому и вожу по училищу". Так в 2002 году я пришла сюда в качестве преподавателя.

Было такое ощущение, что мы и не уходили из училища. Я попала сюда в тот момент, когда здесь ещё работала "старая гвардия": А. Ф. Грачёв, В. И. Ежов, И. О. Тимошенко, Е. Н. Касименко, Н. Л. Демидова. Нас взяли в "ежовые рукавицы", как говорил В. И. Ежов, следили за каждым нашим шагом, смотрели, как мы ведём уроки, какие ставим постановки и тому подобное.

- Они были неравнодушны к молодым педагогам...

- Да, их интересовало буквально всё, и это очень мне помогло. Я как будто продолжала быть студенткой. Согласна со словами С. В. Гурьева, который однажды сказал, что нужно отработать минимум 10 лет, чтобы стать настоящим педагогом.

Также в становлении мне очень помогла методист Нелли Леонидовна Демидова: я постоянно работала над методикой преподавания, писала разработки, ездила на семинары по несколько раз в год, интересовалась всем, что происходит в других училищах.

- Вы руководили и летней практикой. Многие педагоги говорят, что это незабываемый опыт...

- Мы ездили на пленэр в Енисейск, Дивногорск, деревню Сизую, в Ергаки. Выездные практики очень полезны - студенты там работают даже не на 100, а на все 200 процентов: они пишут днём и ночью. Природа и свобода раскрепощают и вдохновляют на творчество.

Любой художник должен знать состояние природы: какого цвета небо в 7 утра, а какое в 10 часов вечера. Помню, в Ергаках выходишь в 9 вечера писать закат возле горы Спящий Саян - в это время он ярко-оранжевый, в 10 часов вечера - багрово-красный, в 11 часов вечера - красно-фиолетовый, потом из фиолетового к 12 ночи становится тёмно-синим.

Такую динамику написать непросто, и работа ведётся одновременно на нескольких этюдах, которые ставишь в ряд и пишешь по очереди, чтобы успеть захватить сиюминутность состояния природы.

Конечно, кроме тяжёлого труда, это ещё и романтика! Художник - не только трудяга, но и путешественник, первопроходец, первооткрыватель для себя и других: куда не сможет забраться простой человек, заберётся художник.

- Виктория Казимировна, расскажите, пожалуйста, про свои картины.

- Моё осознание себя как художника пришло гораздо позже окончания училища и даже института. Преподаватели наставляли меня не только в учёбе, но и в творчестве. Никто не лукавил, не хвалил просто так, никто не жалел, понимали, что я смогу справиться с критикой. Мне это помогло, поскольку подталкивало к поискам.

Сергей Викторович Гурьев проводил со мной длительные беседы, говорил о моей ученической живописи. Я плакала, говорила, что не понимаю, что мне делать, а он отвечал, что я сама должна решить - что. И перелом от ученичества к зрелому творчеству всё-таки произошёл!

- Какие живописные жанры вам ближе?

- Сначала я увлеклась натюрмортом и лет 5 работала только в этом жанре. После пленэра в Ергаках интересен стал пейзаж, который для меня оказался гораздо труднее натюрморта: я только несколько лет училась рисовать кедр, изучала его конструкцию, у меня не получался "характер" этого дерева. Говорят обычно про характер человека, но у растений он тоже есть, и передать его сложно.

Последние же два года я работаю в жанре портрета. А самая главная моя мечта - писать жанровые картины, но пока до серьёзных полотен я не дошла, наверное, не время ещё... Но всё же очень люблю сюжетную картину во всех её проявлениях и с удовольствием работаю над ней со студентами на уроках композиции.

- Вы преподаёте уже 15 лет, что больше всего вам нравится в этом процессе?

- В преподавании мне больше, чем даже само рисование, нравится общение со студентами, которых я обожаю. Рисование гипсовой ноги - что может быть в этом интересного? А вот процесс общения с молодёжью - это то, что позволяет докопаться до самой сущности студента, чтобы понять, как дать ему больше знаний и умений по учебным дисциплинам. В этом очень хорошо помогает мой основной предмет - композиция.

- Почему именно композиция?

- На рисунке и живописи студент рисует то, что ему поставили. Постановка - это больше заслуга преподавателя, а студент просто выполняет задачи. А на композиции он самовыражается, и иногда так, что не остановить. Недавно дала задание найти материал для исторической композиции, студентка ещё на каникулах написала мне сообщение, что нашла 11 тем!

И вот теперь моя задача состоит в том, чтобы из этих одиннадцати выбрать одну. Но я очень рада, что получилось заинтересовать своих учеников.

- Часто ли студенты спорят, не соглашаются с вами?

- Да, бывает, и очень часто, иногда доходит до слёз, но это всё рабочий процесс. Я тоже часто плакала во время учёбы. Преподавание - это большая психологическая игра преподавателя со студентом. Заинтересовать можно любого, нужно только время и желание найти подход.


Александра НОВИКОВА. Полный вариант интервью опубликован на сайте www.krasrab.net в разделе "Статьи".



ТАКЖЕ В НОМЕРЕ:







Архив

Гидрометцентр России



Rambler's Top100







© 2000 Красноярский рабочий

in.Form handwork