АНАТОЛИЙ ЗЯБРЕВ. ЛЮДИ, ВОЗЬМИТЕ ЗДОРОВЬЕ
(Публикуется по пятницам, начиная с N 3 за 12 января 2018 года)

Анатолий, этот чудаковатый парень, первым из нас раскусил Васю, поняв, что у Васи все мысли и слова подчинены одной цели: немедленно производить эффект и немедленно что-то зарисовывать, хоть пальцем в воздухе. А поняв это, он не упускал случая, чтобы не поиздеваться над незадачливым нашим Васей.

- Ты Тюркин сын,- обращался Анатолий к Васе.

- Почему Тюркин? - терялся Вася.- Кто такой Тюрка?

- Ты Мотькин сын,- уточнял Анатолий.

- Почему Мотькин? Кто такая Мотька? - ещё более терялся Вася.

- Мотька у нас в Шелехове пожарником работает, на каланче стоит. А Тюрка - её любовник. Как в кино.

Вася, сбитый с толку, терялся, становился каким-то слабеньким, но в нём бушевало неистребимое честолюбие, он пытался сострить:

- А морж, между прочим, морское животное,- и снова распрямлялся.

Васю уже никто в Ниловой Пустыни всерьёз не принимал; тогда он отыскал юрту бурятов-стариков и там нашёл то, чего ему недоставало. В той юрте до упаду хохотали, например, над тем, как он выставил вперёд свой ощерившийся ботинок, спросил: "А от дыр тут источников нет, чтобы помогло?" Ну а после того, как Вася на глазах у всех углём нарисовал на стене юрты медведя, буряты перестали замечать нас рядом с Васей и носили ему куски вяленой сохатины, жертвуя, как загадочному духу.

- Кобзон пел, когда в Сибирь приезжал. Песня такая: "Я тоскую, подруга", на слова Зория Яхнина. Слышали эту песню? - спросил Вася, очевидно, желая блеснуть своими знаниями.

Мы, конечно, не слышали этой песни, но знали, что автор музыки к ней - наш бородатый друг Леонид Масленников, и, переглянувшись, воскликнули:

- О, здорово! Чудесная песня!

- Особенно вот это место, ну, как его, ну, где про самую тоску-то,- уточнил балагур из Шелехова и ни с того ни с сего обратился к своему другу Виктору: - Иду на спор: тебя бы и по первому разряду не взяли в нашу бригаду. У тебя шестой разряд? Но у тебя же руки кривые. Как там тебя бригадиром избрали, не соображу.

Виктор отвечал спокойно, уверенный в своей правоте:

- Мои руки ювелирную работу чувствуют. Понял? А вот тебя бы я уж наверняка близко к своей бригаде не подпустил, а если уж принял, то лишь затем, чтобы пол подметать.

- Хы-хы-хы,- ржал Анатолий и над самим собой, и над всеми нами.

Мы шли на Шумак. Шли укороченным маршрутом. Где-то впереди должна вот-вот появиться юрта пастуха, там мы, очевидно, и заночуем. Там я и спрошу, появлялся ли здесь писатель из Красноярска Черкасов или он прошёл на Шумак где-то стороной со своей супругой Полиной? Или без супруги? Оставил её в Ниловой Пустыни? А может, на лошади проехал, наняв бурята-проводника.

По пути встретилась юрта. Сперва увидели дым, потом услышали лай собаки, а тогда уж как-то сразу увидели за низкорослыми деревцами всё: жердяную изгородь, пятнистую крутобокую корову, табун крошечных человечков, бревенчатый жёлтый сруб и мужика с топором на углу сруба.

- Ты, мужик, их пасёшь или ещё кого? - спросил насмешливо Анатолий, пересчитывая вслух крошечных человечков.- Восемь. Девять. Одиннадцать... Капитально! Хы-хы-хы! Я представляю!..

- Ещё есть,- мужик улыбался, он слез со сруба, твёрдо и уверенно встал на землю. Длинноногий, тонкий, он оказался очень высоким, молодым.

- Все твои?! - ужаснулся Анатолий.- Натощак!

- Да чего ты зарядил свои идиотские "натощак" да "капитально"! - выругался Виктор.

- Есть ещё,- повторил мужик, с достоинством оглядывая своё семейство. Он стоял прямо и гордо. Мне он казался вписанным в сине-зелёный горный пейзаж: на нём расстёгнутый пиджак, обнажённая его грудь перевита, как прутьями, тёмными мускулами, полна горным духом.

Помню один рассказ о мальчике лет десяти-двенадцати - жителе большого английского города. Он оказался у дяди на ферме, его там кормили "густыми сливками, молоком, яйцами, сыром, хлебом, овсяной кашей, оладьями, желе, вареньем, сливами, горячими виноградными листьями с начинкой из риса и молодого барашка, розовым лимонадом и прочими вещами, потому что так заведено на ферме".

Мальчик ходил по саду, видел, как его кузены, такие же мальчики, как и он, копали лопатами землю, проводили орошение; у каждого из них свой участок, своё задание от родителя, а делали они своё дело очень добросовестно, самостоятельно выращивая "добротные персики, мускатный виноград, гранаты, сливы, арбузы, дыни, помидоры".

Вечером ужин - и стол опять трещал от обилия разной вкусной пищи, и все опять ели долго и много. А за окном кричали лягушки, за озером уйма перепелов, зайцев, жаб, ястребов...

Мальчик думал о том, читают ли в этом доме книги, а когда выясняется, что не читают, хотя все его кузены ходят в школу, он находит всё это странным, а житьё своих кузенов жалким, скучным, и он бежит снова в город, где у него есть "весёлое настоящее дело" - продавать на углу газету...

Умение выращивать отличные фрукты и овощи, любить землю, любить природу вместе с её жабами и лягушками, зайцами, перепёлками и ястребами и даже любить работу... Разве это не главное дело?

Я глядел на сухощавого пастуха (имя его Ванжур, что значит "властвующий"), на его многочисленное семейство и думал. Вот и эти детишки тоже любят природу, любят землю, любят работу. Но любят всё это по-иному, потому что земля эта даёт им не только вкусный пирожок, а и большую мечту...

Наша Надя тем временем вскипятила молоко, что дал нам пастух. Молока каждому пришлось по большой кружке, оно очень душистое, густое, такого молока никто из нас, городских, давно не пробовал. Мы, подобрев и размякнув, говорили об этом громко, пастух слушал, удовлетворённо качал шишковатой стриженой головой, что-то по-бурятски коротко говорил Наде, та начинала тоже подёргивать головой.

От людей, встреченных мною в дацане, я знал, что где-то по этой долине ушёл на Шумак Алексей Черкасов со своей женой Полиной. Интересно, заходили ли они на ночёвку в юрту к этому пастуху или минули где-то в стороне, имея при себе какого-нибудь бурята-проводника? Может, верхом на лошадях проехали. Другие нанимают в Слюдянке вертолёт в воинской части и летят воздухом между скал. Хотелось бы мне повстречаться с Черкасовыми в пути.

Когда же мы со своей группой собрались идти от пастуха дальше, то пастух (напомню: имя его Ванжур, что значит "властвующий") остановил нас, предложил нам отправиться налегке, до той вон горы, до неё ещё километров около двадцати (около двадцати!), а вещи наши он следом подвезёт к перевалу на лошадях.

...Оставив пастуха, мы пошли дальше. Тем более что пастух подвёз на своей лошади наши вещи до горного перевала.

Гора... нам надо будет взойти на эту гору, что сразу за рекой,- будет там видна другая гора, синяя, объяснил нам пастух. Идти до той горы весь день. Она очень высокая. А потом надо перевалить через гору и ещё идти полдня по узкой долине. Это будет Шумакская долина с рекой Эхегер.

...Между синей горой и нами открылась огромная чаша, наполненная безлюдной тайгой. Диаметр этой чаши не измерить и сотней километров.

Каким коротким путём сюда нас вывела Надя, я не знал, но вот вывела. Перебрели горную реку Эхегер. Мы готовились и волновались, звучное название ассоциировалось у меня с чем-то грандиозным, как обвал. Шум, сперва похожий на скрежет железа, потом перешедший в грохот, дошёл до нас через таёжные заросли. Мы ожидали увидеть долину и пенный поток, но минуло ещё около часа, пока мы вышли к реке. Поток оказался нешироким, завален огромными белыми валунами, мы отыскали даже такое место, где смогли перейти, не замочив ног,- перекинули с камня на камень сухую лиственницу.

Мы перестали бы уважать эту речку, если бы не следы её работы, проделанной в горной долине. Будто прошёл гигантский канавокопатель с захватом в сотни метров и, вывернув горные внутренности, разбросал тут же. И Надя сказала, что эта река идёт дальше, на ней когда-то дрались два великих богатыря, один стоял там, где синяя гора, другой - там, где жёлтая "голова" Будды, и кидали друг в друга белые камни...

- Большой богатыри были, шибко большой...- Надя поглядела на небо, указав туда рукой.

Продолжение следует.



ТАКЖЕ В НОМЕРЕ:
ПУТИН НАГРАДИЛ ТРЕГУБОВА
В среду, 28 февраля, серебряный призёр Олимпиады в Корее, красноярский скелетонист Никита Трегубов получил из рук президента медаль ордена "За заслуги перед Отечеством" первой степени.

ЛИЛСЯ КОНТРАФАКТ РЕКОЙ
Полицейские "накрыли" в Дивногорске подпольный цех по производству нелегального алкоголя. Прибыльный, но незаконный бизнес был поставлен на широкую ногу - изъято 35,6 тысячи литров контрафакта.

В ШАГЕ ОТ МАЛОГО ЗОЛОТА
В среду, 28 февраля, в Архангельске, красноярский "Енисей" победил местный "Водник" (Архангельск) - 4:7.










Архив

Гидрометцентр России



Rambler's Top100







© 2000 Красноярский рабочий

in.Form handwork