АНАТОЛИЙ ЗЯБРЕВ. ЗАМЕТКИ КАЖДОГО ДНЯ
***

Без посадки

В "КР" объявлено, что на вечное пристанище доставлен прах Хворостовского, где он будет размещён, и что имени его будет зваться театр оперы и балета, что-то ещё многое, памятные доски разместятся на десятках зданий города, в общем, наш великий земляк вернулся домой и теперь уж никуда.

А в моей нездоровой голове Хворостовский продолжает быть летающим вокруг планеты кругами, кругами летающий, и мне так спокойнее, потому что задираю глаза и испытываю горделивое чувство: русский там над миром, русский! Без посадки.

Только вот родственники почему-то не в Красноярске, а в Лондоне. Такого вопроса гостям, приехавшим в связи с мероприятием, скромная Селина почему-то не задала, постеснялась.

А невоздержанный заметочник Зябрев спросил бы, ляпнул бы, и ещё бы легкомысленно пообещал похлопотать перед Ерёминым и перед строителем с докторским званием Сарченко о льготном строительстве для них жилья на Каче.

Где верёвка?

Доплыл! Доплыл!

Верно, до бакена, не до берега. А всё равно выплыл, доплыл.

Как я ночью оказался в широком речном потоке, я не понял. Важно не это, а то, что удалось доплыть и ухватиться.

Мог бы и до берега. Вон они, берега. И левый, и правый, окутанные кустарниками. В этом месте поток как раз сужается, поворачивает, становится стремительнее, и мне проще было бы ухватиться за куст правобережья или ногами отбиться влево, где земля выпирает полуостровом, где растут высокие старые берёзы, где суетился трудящийся народ.

И тоже мне что-то диктовало (и в мозгу, и в теле), что не надо туда, не надо такому жалкому, голому, знаменитый же заметочник. Но я увидел бакен, качающийся в стороне на волнах, и из последних сил, которые ещё оставались в моих руках и ногах, стал к нему прибиваться.

И вот доплыл. Влез на доску.

За кустами справа, совсем близко, дорога с проходящими автомобилями, лучи фар высвечивают горизонт. У дороги высокий весёлый костёр, весёлые мужские голоса, есть и женский, ещё более весёлый. Мне туда нельзя. Я не знаю, почему нельзя, но всё во мне (и мозг, и тело) понимает, что нельзя.

С берега, с весёлого пикника, конечно, видят меня, однако моё положение им интересно постольку-поскольку, точнее, вообще никак не интересно. Они убеждены, что я к ним сам подплыву, коль жить хочу, а коль не хочу, то и того лучше, по рюмке дополнительной выпьют.

Нельзя мне и на полуостров, где за стволами берёз меня тоже караулят, им тоже смертельно тоскливо, если никого не караулить и не душить.

Я вспомнил, что такой сон однажды мне уже снился, это было много лет назад, так же после катастрофы затонувшего корабля несло меня по холодной бурной порожистой реке, я ухватился за попавшийся на пути бакен, сидел на нём, справа на берегу был костёр и пикник был возле него, весёлые мужские голоса и женский... а с другой стороны на полуострове с толстыми берёзами и за стволами берёз...

Давно то было. Доска бакена чуть ли не до фанеры истёрлась проточной водой. Я сижу вот на вибрирующей под задом на волнах фанерке, ухватившись охватно за стальной брус, совсем не надеясь, что фанерка вот-вот не изотрётся совсем и не обломается. Кинут ли мне верёвку с берега от костра или не кинут, уносимому к каменистым порогам?

На другом берегу рабочий народ заведёт ли моторную лодку, дабы спасти человека?

На этом вопросе проснулся я, извиняюсь перед дорогими читателями. Всегда вот у меня так: в самом важном моменте просыпаться. Оттого вот подряд путаюсь: что во сне, что наяву.

Есть ли где в ночи берег, откуда бы кинули верёвку или с которого отошла бы наперерез надёжная моторка? Истончала опорная доска.

Великан и ничтожество

Мышь преследует слона с единственной целью: улучив момент, залезти к оному в ухо и там испражниться.

Нечего сказать - достойная цель. Вот с чего бы мне этим голову забивать?

Ерунда какая-то.

Слон-великан в страхе убегает. Мышь-ничтожество гонится и догоняет.

На моей улочке

На Можайской, моей короткой улочке, тянущейся всего-то на полтора квартала, упирающейся в бывший телевизорный завод (директор, ныне покойный - Стукалов), нет никого (знаю, опрашивал), кто бы знал спектакли, поставленные и сыгранные великим актёром и режиссёром Арменом Джигарханяном. Я и сам вот только о нём стал слышать.

Сбегаемся мы теперь к своим телевизорам чуть ли не каждый вечер по причине его появления в экране. Нет, нет, не в образе Нерона или ещё какого древнего исторического персонажа. Совсем нет.

Показывают, как Армен Джигарханян, грозно шевеля седыми усами, грозит кулаком своей отсутствующей жене, отнявшей у него супершикарную квартиру в центре столицы, поэтому и ночует он когда в гостиничном номере, когда в самом театре на подставных скамейках. Так и поясняется: на подставных скамейках. Более того: и в театр не всегда вахтёр пускает, перед ним захлопывает дверь.

Вот про это всё вся моя улица Можайского и бежит глядеть по телевизору. Канитель между грозным Арменом и мило улыбающейся Виталиной. Чуть ли не каждый вечер. Два или уж три месяца подряд.

Готовиться мыслями начинаем с утра, обсуждаем между соседями, высказываем предположения, с чем сегодня выйдут стороны, с какими доказательствами своей правоты. У каждой стороны свои адвокаты, свои свидетели, они-то и раздвигают, расширяют поле сражения.

Пикантность ещё в том, что Виталина младше Армена... Лучше сказать, Армен старше Виталины на целых полвека, и он уж знаком с инсультами. Потому, обустраивая перед свадьбой комфортное гнёздышко, душ сделали таким, чтобы принимать оздоровительную процедуру не стоя, а сидя в широком мягком кресле или полулёжа в нём.

Кстати, нынче, оказывается, модно в творческой среде мужчинам жениться, чтобы она была на полвека младше, а выходить замуж, чтобы он, значит, был на полвека старше.

Про это всё нам...

Что? Спектакль нам про Нерона?

Да ни с каким бы своим Нероном великий мастер театральной сцены Армен Джигарханян не обрёл такую популярность!

Такие мы нынче. Политики из телевидения знают, чем нас брать за душу. Кому какое дело до бывшего телевизорного завода, до покойного его директора?!

Пишу вот эту заметку и поглядываю на часы: как бы не прозевать начало про Виталину и про Джигарханяна; сегодня, по предположению, они, наверное, помирятся и снова сойдутся. А потом...

Ну, потом будет сколько телепередач про то, как станут жить воркующими голубками, ещё более интересно. В общем, до начала президентских выборов будет чем развлекать народ на Можайке. А потом и после. При избранном-то.

Ох! Нелепо представить, чтобы в эти напряжённые вечера кто-то из моих соседей стал переживать ещё о чём-то. Ну, например, вернутся ли в заброшенные заводские корпуса те лучшие в мире производственно-технологические линии, которые давали важнейшую в стране продукцию, где бы можно было обрести желанную работу.

Нелепо также думать о том, что надо сделать такое-этакое для того, чтобы улица перестала ежеквартально превращаться в грязную реку из-за каких-то подземных прорывов...

Кого убьём

Опять же ерунда. Загорелся страстью коллекционирования мнений о романе Александры Николаенко "Убить Бобрыкина", появившемся в Интернете.

Мнения на 100 процентов отрицательные. Читатели разных социальных слоёв. До конца не дочитывают, кто-то бросает на половине, а кто-то и раньше. Я и сам дотянул до одной трети...

А между тем автор удостоен крупной премии на авторитетном конкурсе России, и объявлено, что в ряде стран переводчики обеспечили переводы на свои языки. Слышу объяснение граждан, моих соседей и моих коллег: это затем, чтобы опорочить жизнь в России. Наши враги работают.

Может быть, может быть,- сокрушённо кручу я головой...

А вот сегодня я проснулся с мыслью: а ведь великую книгу написала эта выскочка, пигалица, Александра Николаенко, не зря получила этого самого, э-э, "Букера". Книга, вызывая у читателя к себе отрицание, негатив, в то же время вызывает у него негатив к своим личным поступкам, отражаясь в тысячекратном усилении. Какая же ещё книга это может делать?

Я не совсем точно объясняю свою мысль, пусть читатели сами попробуют домыслить, тогда устыдятся того, что носят в своей душе тайно. Носим же! "Убить Бобрыкина" - рядовая человеческая жизнь через увеличительное стекло.

Убить себя, убить в себе... Ай да Александра! Ай да Николаенко! Ай да выдумщица!

...Со словом "Убить" в заголовке сейчас в Красноярске пишется дюжина толстых произведений.

"Убить ягнёнка", "Убить следопыта", а ястреб Мещеряков завершает роман "Убить президента", что появится на днях в Интернете, не пропустите. Такое пошло поветрие: уже надеются на премию.

Но никто, извиняюсь (и я также), не постиг: и всё-таки "убить себя, убить в себе" - это как?

Пришло письмо

Некий житель Абана по имени Павел (фамилию не называю) прислал рифмованный текст: про свою злую тёщу, про любимую жену свою, которая бросила его и ушла, взяв маленького сына.

Он зовёт её вернуться, обещая скоро стать известным поэтом, будет, дескать, получать большие гонорары, которые скрасят их совместную жизнь, а пока он сидит, глядит в окно и горько плачет.

Я не знаю, что ответить, как успокоить несчастного мужика. Однако отвечу.

Жена и сын к тебе непременно вернутся, если ты не успеешь спиться. Мужик же! Что же касается гонораров за стихи, то не надейся, приятель, минули те времена, не сиди у окна, складывая рифмы, а иди и делай любую нужную работу, заработанные честные деньги действительно скрасят жизнь. Не стони, русский мужик!

Беречь честь писателя

Любопытные читатели спрашивают о том, как живёт КРО СП России после тех суетных событий, что произошли в декабре 2017 года.

Отвечает на очень сложный вопрос профессор Владимир Иванович Замышляев, избранный на место А. Н. Мещерякова.

- Достопочтенный Анатолий Ефимович, докладываю вам о том, чем мы занимались в январе 2018 года. После Рождества Христова и после купания в ледяной проруби с божьей помощью и с чистой совестью (совесть - наш бог!) мы занялись юридическим оформлением протокола нашего отчётно-выборного собрания 29 декабря 2017 года, на котором вы избрали меня председателем КРО Союза писателей России.

Мы, законопослушные граждане, решили соблюсти все правила, предъявляемые к некоммерческим организациям современными законами РФ. Процедура эта оказалась утомительной - такова нынешняя государственная система России. Чем сильнее бюрократия, тем стабильнее государство (до точки бифуркации).

Юридическая служба: нотариусы, суды, адвокаты, налоговая инспекция... И мне стало очень грустно - что же я принял как новый председатель КРО СП России?!

Мы общественники, а не частники... Лично меня вдохновляет восклицание одного замечательного поэта: "Вся власть - поэтам!" Поэты - властители дум, а не денег. Вот и вы, Анатолий Ефимович, живёте по правилу "ни дня без строчки" и публикуете "Заметки каждого дня" в газете, которая понимает патриотизм гораздо глубже, в отличие от крикунов.

Доложу вам, Анатолий Ефимович, и о других моих заботах. Я, как вы знаете, тружусь ещё и в университете имени академика М. Ф. Решетнёва в роли профессора-преподавателя. Вместе со мной в этом университете работает профессор В. Н. Севастьянов.

Не жду лавров от КРО СП России, но служить верой и правдой буду. 15 февраля 2018 года стану законно избранным делегатом очередного съезда Союза писателей России. Поедет в Москву и А. Н. Мещеряков - как почётный гость этого съезда. Правление Союза писателей России ждёт нас, подтвердив уведомлением наши полномочия.

Вернувшись из Москвы, обсудим решения писательского съезда и, вдохновлённые им, продолжим писательскую деятельность и сплочение рядов КРО СП России. Надеюсь на то, что нам поможет в служении краю и. о. губернатора Красноярского края А. В. Усс. Публично благодарю его за поздравление с Новым, 2018 годом.

Будем беречь честь писателя.



ТАКЖЕ В НОМЕРЕ:







Архив

Гидрометцентр России



Rambler's Top100







© 2000 Красноярский рабочий

in.Form handwork