АНАТОЛИЙ ЗЯБРЕВ. ЗАМЕТКИ КАЖДОГО ДНЯ
* * *

Не гоните ястребов

Зевая, спрашивают иные пробудившиеся красноярцы: "Что у вас такое - Мещеряков?"

А я не знаю, что сказать. Как могу объясняю. Просто ястреб, охотившийся в поле на мышей, попал к стрижам. Но встревожиться стрижи должны были ещё лет 10 назад. А они бросились в панику только сегодня. Значит, ястреб не натуральный, а так, лишь с виду, не тот, который ловил мышей.

Задумываются красноярцы: перевелись настоящие ястребы.

Кстати, о стрижах. Так ли уж они, эти симпатичные кручёные птахи, безобидны, когда скапливаются крупными колониями? На Енисее прошлым летом своим скоплением по недогляду шкипера берег на пристани разрушили, что и постройки в воду упали, а в горах на путях туристов образуют обвалы, подтачивая своими норами землю.

Сколько же это нас, писателей-стрижей с врождённой способностью подтачивать что-то, а не крепить в Красноярске! Непременно что-то подточим, хо-хо.

Эк, представляю, как ОБИДЮТСЯ коллеги!

Не гоните ястребов, их в загрязнившейся атмосфере почему-то всё становится меньше.

Себе самому

Смешно, мне иногда хочется написать самому себе вот такое письмо.

"К тебе, неуч Зябрев, валят читатели, не думай, что за каким-то здравым смыслом. За этим идут к Павловскому, Решетеню, к кому-то ещё или же берут читать "Красноярскую газету" Пащенко.

А у тебя, Зябрев, ничего, кроме бессмыслицы, нет, и это помогает нам не получить инсульт, не сойти с ума и прочую не обрести болезнь, а вот от наставленческих статей Павловского, других авторов, всё это - и сумасшествие, и инсульт - обеспечено.

Пиши, Зябрев, свои бессмысленные заметки, не отказывайся, терпи нападки коллег... Заметки способствуют долголетию, читающие заметки "Слепое окно" не стареют, что является загадкой... Спасай добрый наш народ..."

Вот такое письмо диктует мне мой внутренний голос.

Однако страшусь я. Когда-то ведь ни Павловский, ни тот же Пащенко, печатающий весело всё про всех, не захотят меня печатать, сколько, скажут, можно, прошу прощения.

Два ноль

Всю неделю я переживал, ожидая встречи на ледовом поле нашей сборной с Канадой. Весь цивилизованный мир, и особенно Европа, ждёт этого позорного унижения русских и их твёрдолобого Путина. Я буду видеть, как влетают шайбы в наши ворота, и у меня в груди будет колоть.

Пропели наши ребята гимн. И началось. Тамара Фёдоровна положила передо мной на всякий случай таблетку. Как и ожидалось, канадцы не уходили из нашей зоны и всё кидали, кидали шайбу, полностью владея ею.

Но первый период завершился по нулям. Э-э... Задышалось мне легче.

О-о! Чудо! Второй период тоже закончился по нулям.

Теперь, извиняюсь, моя гордыня уже была согласна на какое-то поражение, на то, чтобы шайба влетела к нам. Но... Влетела шайба к противнику. А вскоре влетела и вторично.

2:0! В нашу пользу! В пользу Путина!

И вот, э-э... поползли, говорят, по миру слухи, неспроста это. Допинг это. Что у русских есть какие-то штучки, какая-то стратегическая магнитная наводка. У генерала армии Шойгу она. Сидел он весь матч там, где-то в Москве, и наводил на команду канадцев...

Я сижу и улыбаюсь: а что если и в самом деле у Шойгу такая в кармане хитрая штучка, нашими отечественными конструкторами изобретённая, то... Живём!!!

Я, бывший рядовой солдат Особого Отдельного чекистского батальона, совсем не против хитростей... Вот только бы такую штучку ещё бы и премьер Медведев имел, дабы наводил лучик на наши производственные предприятия и те бы поднимали производительность труда...

Веками диктовали, устраивали нам какие-то санкции.

Кстати, а таблетку, приготовленную Т. Ф., я всё-таки использовал, подложивши под язык, но уже не от разочарования, как предполагалось, а от избыточных чувств восторга, что никак не ожидалось, а это, говорят врачи, для старого сердца ничуть не безопаснее.

Итак, фиксируем для истории: 2:0.

Кислый хлеб со щепоткой сахара

Минуло почти 80 лет, как это было, а кажется - вот только.

Из Бердского взрослого лагеря (Новосибирская область) нас, малолеток, перезимовавших в отдельном бараке и в связи с эпидемией дизентерии убавившихся численно более чем наполовину (я состоял в похоронной бригаде), подготовили к этапированию в Томск, в знаменитую колонию несовершеннолетних преступников, вывели в солнечный весенний полдень к железнодорожной насыпи, мы сидели, окружённые охранниками и овчарками, ожидали специальные вагоны, которые оборудованы под перевозку заключённых.

Нам был выдан тут же, у насыпи, трёхсуточный паёк, в него, кроме банки чечевичных консервов (одна банка на двоих), входила буханка хлеба и ложка сахара, которого в зоне, в бараке мы не видели.

Вот он-то, сахар, мне теперь и вспоминается через 80 лет. Я брал его в щепотку, посыпал краешек хлебной буханки и откусывал. Мог ли я вообразить, что это когда-нибудь перестанет быть божественным лакомством!

Я уже писал про это. Кто-то съел свой хлеб, присыпаемый сахаром, сразу, до посадки в вагон, кто-то упрятал в пазуху, желая растянуть паёк до колонии, однако в вагоне у них отбирали.

Поразительно! Вспоминается это как светлое пятно. Почему как светлое? А вот не знаю, но запомнил как светлое. Может, потому, что тот момент дал мне возможность по-новому как-то оценивать весь свой дальнейший путь. Кто ж знает?

Сегодня за ужином в связи с днём рождения младшей внучки Вики ели дорогой торт "Графские развалины", испечённый по заказу. А мне вспоминалось: та, из этапного сухого пайка, непропечённая буханка хлеба со щепоткой тростникового сахара была слаще, вкуснее.

Голова иль шея выше?

Серьёзный вопрос, хотя и чудный. Звонила вдова профессора-экономиста, востребованного при жизни городом, теперь наглухо забытого, к её скорби. Делилась своей скорбью.

Профессоров в Красноярске, как-то подсчитывали мне, больше, чем нас, писателей, разница лишь в том, что они забываются, когда кончаются, а мы не помнимся и не нужны ещё и до того.

Не знаю, помогает ли мне хохот не сбиться с курса иль я уж давно сбился с курса при своей благоверной, путаясь в заметках.

Пустяком забиваю себе голову. Кто ж не знает приговорки, что мужик в семье - голова, а баба - шея: куда повернёт, туда и пойдёт. Глупость думать про это серьёзному человеку.

Однако делать нечего, сижу и разбираю. Как оно получается, в нынешней-то жизни? Так и получается, что мужики не видят, что шея повёрнута не туда, и потому шагают не туда.

На днях звонила вдова моего друга, профессора-экономиста, и сказала, что очень сильно испытывает нехватку своего ума. Когда муж был живой, она этого недостатка не испытывала. И объяснила ситуацию: женщина умной быть не может, сила её в логике.

И мне после этого сделалось так благостно, так благостно. Я-то привык жить с повёрнутой шеей. Однако с хохотом, с хохотом. Впрочем, кто ж знает, как лучше!

Что-то не так

Бабушка Тамара Фёдоровна сопровождает внучек рано утром по темноте в школу, находящуюся далеко в Ветлужанке, оплачивает в автобусе кондуктору проезд, вечером едет в школу за ними, опять же оплачивает, а кроме того оплачивает их завтраки, обеды и занятия в разных школьных кружках.

С пенсии своей минимальной. Что уж там у неё остаётся - не знаю, она терпеливо молчит. А Путин призывает иметь детей больше.

Я, приверженец советской власти, всего того режима, не скажу, что советская власть в СССР заботилась о детях лучше.

Напомню, как в трамвае мать ехала с тремя детьми, не имея денег на проезд, и кондуктор устроила скандал, высаживая их.

По продолжительности жизни стариков, кажется, прорвались за какую-то черту, а вот по подъёму рождаемости... Тут что-то, говорят, не так.

Куда убежать от себя?

Признаюсь, меня одолевают сны. А сны приходят разные. Не знаю, надо ли вставлять их в "Заметки".

К примеру. Ранняя весна, солнце в промоинах облаков. Меня поймали и везут на лошади, в телеге на соломенной подстилке, в какую-то особую, тайную тюрьму, расположенную где-то в глухом селе.

Кругом оживающая природа, очень охота спрыгнуть и убежать, спрятаться за деревьями, но в ногах тяжесть и во всех костях тяжесть, мне не 17, а столько, сколько есть в паспорте, это в прежних снах мне всегда виделось 17, а на этот раз совсем по-другому...

А спрыгнуть и убежать очень ещё охота, ещё охота... Но куда, куда убежать от себя?..



ТАКЖЕ В НОМЕРЕ:
КРАСНОЯРСКИЕ ДЕВУШКИ - В ЭЛИТЕ
Женская волейбольная команда "Енисей" стала серебряным призёром Кубка России.










Архив

Гидрометцентр России



Rambler's Top100







© 2000 Красноярский рабочий

in.Form handwork