ВМЕСТЕ С НАМИ И В ГОРЕ, И В РАДОСТИ
Недавно по телевидению показали сюжет о маленькой чёрненькой собачке, у которой умерла хозяйка. Верности её можно было позавидовать. Три недели не могла успокоиться, всё лежала на пороге квартиры и скулила. "Надо же,- говорили люди,- как человек плачет..." А мне сюжет с собачкой напомнил прошлое.

Порывы любви

В 1958 году я поселился после службы в армии в селе Сухобузимском и стал работать худруком районного ДК по направлению краевого управления культуры.

Директор театра имени Пушкина в Красноярске, Соколик, сказал мне тогда: "Поезжайте, Юра, в деревню и лечите свой желудок молочком и сметанкой, а потом возвращайтесь к нам".

Так я и сделал. Директор Сухобузимского РДК Степан Петрович Трошков поселил меня у своей родственницы - бабушки Прасковьи. Надо отдать ей должное - кормила она меня преотлично: и молочко, и сметанка, и творожок были на столе всегда, а по воскресеньям - ещё и мягкие шанежки.

А платил я ей за всё это двести пятьдесят рублей при окладе в пятьсот двадцать пять. Сама она на концерты и спектакли не ходила - никак не могла успокоиться от того, что в бывшей церкви коммунисты "балаган устроили". А когда я упрашивал её пойти всё-таки на очередной какой-нибудь концерт в Дом культуры, отвечала:

- Я, чо ли, дура? Ноги там моей не будет! У меня своя забава вон - собачка Нюрка!

- А что она у вас, тётка Прасковья, на привязи всё время сидит?

- Боюсь, что опять щенят принесёт, куды я тогда с имя? Вот я и привязала её к кровати, на которой сплю. Слежу, чтобы верёвку не перегрызла и не убежала к кобелям. И ты, Юрка, ночью прислушивайся, если что - бей тревогу!

Просьба эта пришлась мне не по вкусу: мне часто доводилось приезжать с гастролей поздно, да к тому же уставшим - сил хватало только на то, чтобы добраться до кровати, упасть и уснуть, как убитому. Не до Нюрки тут, с её "женскими" проблемами...

А бабка спала очень чутко. Какой где в доме посторонний звук раздавался - вскакивала мгновенно.

- Юрка! Юрка! - закричала она однажды ночью.- Нюрка верёвку перегрызла и дёру дала! Помоги загнать её домой!

Мы с хозяйкой (она - в ночной рубашке, я - в трусах) выскочили в ограду, потом на улицу - и за Нюркой! А вокруг неё - с десяток "женихов". Вот ведь совсем маленькая собачка вроде, а туда же, подумал я.

- Ах ты...- кричала бабка Прасковья,- только роди попробуй, я тебя со свету сживу!

Кое-как мы отбили Нюрку от "женихов" и снова привязали её к тёткиной кровати.

Такие эпизоды повторялись до самой осени. Сколько за это время было бессонных ночей, сколько капель валерианы выпила моя хозяйка, а Нюрка не унималась, выла по ночам, во дворе подвывали ей её "женихи", и большие, и маленькие - разных пород. Даже престарелый соседский Джульбарс тоже на что-то надеялся и вместе со всеми, повизгивая от нетерпения, пытался прорваться в дом, к Нюрке.

Спать после таких концертов и баталий уже не хотелось. "Вот она, природа! - думал я, ворочаясь в постели с головной болью от недосыпа.- Никуда от неё не деться. Зов любви - великая сила!"

Уже, помнится, в сентябре я, как всегда, часов в девять вечера возвращался с репетиции. Иду довольный (репетиция прошла удачно), в руках папка для бумаг. Иду, напеваю утёсовский романс: "Любовь нечаянно нагрянет..."

И вдруг крик: из-за домишки, в котором я квартировал, с причитаниями ковыляет моя хозяйка, впереди несётся на всех парусах Нюрка, волоча за собой не верёвку, а уже цепь, а за Нюркой - дюжина кавалеров в сопровождении старого Джульбарса.

- Юрочка, бросай папку и разгоняй этих псов, разгоняй! - крикнула мне тётка Прасковья и, перебивая собачий лай, запричитала: - Порвала цепь, каким-то чудом дверь открыла и - к женихам! Ну что стоишь? Разгоняй!

А мне стыдно. Интеллигентный человек, при галстуке, в шляпе - и с папкой на собак! Народ смотрит и смеётся.

- Эй, режиссёр! - крикнул кто-то сквозь смех.- Отстань от Нюрки!

А собачья свадьба "пела и плясала". Святое дело свершилось.

В положенное время неугомонная Нюрка родила пятерых щенят разных мастей, один из них походил даже на старого Джульбарса. Бабка моя повздыхала, повздыхала, но скоро привыкла к потомству и даже полюбила дорогих щеняточек, как своих кровных детушек.

А любвеобильная Нюрка попала однажды под машину - радостная, бежала навстречу своей хозяйке и погибла под колёсами. Долго оплакивала бабка Прасковья свою любимицу, да что делать!

Жалел сильно собаку и я. Умеем ли мы вот так, как Нюрка, отдаваться порывам любви, рвать цепи ради потомства?

Кот Василий

Красивый, важный, но общительный, жил он вместе с нами в девяностые годы.

Принесли Ваську котёночком, чтобы мышей не было, и как только он появился - их словно ветром сдуло из дома.

Ласковым был Васька и вежливым: гостям лапку подавал при встрече, нас с супругой узнавал по голосу. И мы своего рыжего котишку любили без памяти.

И всё было бы хорошо и дальше, но стал Васька стареть. Перестал ловить мышей, оправляться стал где попало, обленился совсем.

- Надо что-то с ним делать, Юра,- сказала мне однажды Алевтина Аркадьевна.

А что делать-то с ним? В лес его отвезти - жалко, привыкли, отдать кому - не возьмут, своих котов хоть отбавляй, рассуждали мы. А тут подвернулась машина, направляющаяся в сторону Енисейска. И мы, долго не раздумывая, закинули Ваську в кузов и успокоились.

Водитель Гена был нашим знакомым, и он пообещал нам, что выгрузит Ваську где-нибудь подальше от дома. С голоду тот в лесу не помрёт, а может, и прибьётся к кому-нибудь в деревне поблизости.

Отправили мы нашего кота, и как-то скучно нам стало, да ещё виноватыми себя почувствовали перед животным. Зато мыши будто обрадовались: чуть не по головам у нас по ночам гуляют...

Прошло месяца два. И как-то утром, уже под осень, открываю я дверь дома и вижу на крыльце... нашего Ваську. Весь ободранный, в каком-то мусоре, сидит у двери наш бывший любимец и жалобно мяукает. Несмотря на большое расстояние и незнакомую местность, нашёл ведь дорогу домой!

Нашёл и дошёл, и сидит вот перед нами и виновато смотрит: простите, мол, за то, что вновь потревожил...

В общем, стал Васька опять с нами жить.

Но куда от старости денешься - снова возникли проблемы: и с мышами, и с туалетом. Только Васька стал ещё тяжелее на подъём - лежит на диване и на мышей внимания не обращает: скребутся где-то - ну и пусть скребутся...

И решился я на грешный поступок: затолкал Ваську в мешок (а он почти и не сопротивлялся), привязал к мешку кирпич, вышел на берег реки, зажмурил глаза и бросил свой груз в воду. Мешок с бульканьем ушёл под воду.

- Прости, Васька,- сказал я со слезами на глазах.- Так надо...

Весь вечер мы с Алевтиной Аркадьевной провели в унынии. Думали уже и о том, что надо бы где-то взять котёнка, пусть заменит нам Ваську... С тем и уснули.

А утром... Открыл я дверь на улицу - вот он, снова сидит на крыльце. Увидел меня - и жалобно замяукал...

Накормили мы его, напоили молочком и решили: пусть живёт с нами до конца дней своих.

Умер он вскоре после этого (уже шатался от старости, бедняга). Нашёл себе за огородом место, где его никто не видел, лёг и умер...

Не могу без слёз вспоминать эту историю. А себя с Алевтиной Аркадьевной мы корим до сих пор.

...Не обижайте наших братьев меньших, наших верных друзей! Они с нами вместе и в нашем горе, и в нашей радости, наш дом - это и их дом! А жизнь они любят больше нас...


Юрий ВАРЫГИН. Казачинское.



ТАКЖЕ В НОМЕРЕ:
ЕСТЬ ПЕРВЫЙ КАНДИДАТ!
Глава Красноярска Эдхам Акбулатов публично заявил о своём намерении участвовать в выборах мэра города, которые должны пройти нынешней осенью.

В КРАЕВОМ ЦЕНТРЕ ЗАКРЫВАЮТ ПЕРИНАТАЛЬНЫЙ ЦЕНТР
С 11 сентября и до конца месяца не будет работать Красноярский краевой перинатальный центр. Он закрывается на плановую дезинфекцию.

В КРАСНОЯРСКЕ ПРОВЕРИЛИ ДЫНИ, АРБУЗЫ И ПЕРСИКИ
В краевом центре под занавес сезона провели проверку качества бахчевых культур и персиков, которые продают крупные торговые сети.

ЛЕТИМ НА ЮГ! В ТУВУ
Авиакомпания "КрасАвиа" заявила об открытии нового рейса - в Туву. Пока чуть более чем на месяц.







Архив

Гидрометцентр России

Rambler's Top100









© 2000 Красноярский рабочий

in.Form handwork