АНАТОЛИЙ ЗЯБРЕВ. В АМЕРИКУ - ЧИТАТЬ ЛЕКЦИИ
До того, как оказаться в науке и получить известность (его приглашают в разные страны читать лекции), Пётр Васильевич Поляков работал на заводе рядовым электролизником, затем мастером цеха... О науке и не мечтал. Об этом он рассказывает сам:

- В науку я попал случайно. Со мной в цехе на одном участке работал парень, у него жена, русская немка, отлично владела немецким языком с берлинским акцентом. Я бывал у них дома и как-то быстро научился говорить по-немецки.

А в это время на завод приехал старый профессор из Ленинградского политехнического института. В его честь выпускники дали ужин. Он читал технические документы на всех тех иностранных языках, на которых они были написаны.

Я и заговорил с ним по-немецки. Он почему-то очень обрадовался: "О, у вас, молодой человек, настоящий берлинский акцент!" И пригласил к себе в аспирантуру по теме электролиза.

Невероятно. Я не понял, при чём тут "берлинский акцент"? Однако согласился... И вот работаю в науке.

- Вы недавно вернулись из Румынии.

- Да, побывал в Бухаресте. Пригласила крупная фирма "AlRo" - "Алюминий Румынии". Сразу, с прилёта, началась напряжённая работа. Лекции - 6 часов в день. Не на русском, который там не популярен, даже не на немецком. Пришлось читать на английском. Переводчик повторял на румынском.

В перерывах между лекциями хозяева водили меня по цехам своего алюминиевого завода. Предприятие меньше нашего КрАЗа. Я рассказывал, как лучше увязывать общие фундаментальные законы с промышленной практикой, с действующей технологией, с так называемыми ТЭПами, под которыми понимаются все виды расходов - глинозёма, углерода, электроэнергии, рабочей силы...

Делился своими знаниями о том, что делается в мире по уменьшению этих расходов. И сам учился у хозяев, рассматривая завод, узнавал, что у румын нового. У них на производственных участках несколько чище, чем на нашем КрАЗе, а ванны более современные.

Пришлось говорить правду: на КрАЗе из 23 корпусов 20 оборудованы устаревшими ваннами, разработанными ещё в далёкое советское время. Старые у нас аноды. Конструкция старая на КрАЗе, далека от современного мирового уровня.

- Зачем же они вас из далёкого Красноярска позвали, коль у них лучше? Чему они от вас могут научиться?

- Э-э, они и без меня знают, что у нас в Красноярске хуже и что лучше. А у нас много что лучше. Знают, что в Китае давно заменены все старые электролизёры. Но знают и то, что коллектив "РУСАЛа" разрабатывает электролизёры будущего, а я, доктор Поляков, со своими ребятами в данном вопросе задействован. Знают.

Но какие научные разработки мы у себя в Красноярске подготавливаем конкретно - не знают, лишь догадываются. Они понимают, что это закрыто от всех. Но думают, авось я в общении с ними где-то и проговорюсь, откроюсь. Во всех странах, где занимаются алюминиевыми электролизёрами, знают, что "РУСАЛ", и в частности КрАЗ, что-то готовят...

- Но зовут конкретно Полякова?

- Да, и Полякова тоже. И запрещают мне летать экономклассом, а только бизнес-классом. Кормят особо... В гостинице - все условия. Ужин непременно в ресторане, за особым столом. Лучшее вино. Чаще рядом сидит директор завода. Румыны собираются приехать в Красноярск на конгресс, который нынче состоится в сентябре.

- В Красноярске к профессору Полякову такое же бережное внимание? На ужин везут в ресторан?

Профессор Поляков смеётся. Не надо ему всего этого. Сильный он человек. Купается в ледяной воде. Все годы на Крещение лазил в прорубь, такое купание нынче пропустил - некогда было, однако ледяной водой, двумя вёдрами, в квартире, окатился.

Рассказывает Поляков, как много раз он по приглашению ездил в Норвегию, в Японию, Китай, Швейцарию... По несколько лекций в день.

Не очень утомительно ли? Пётр Васильевич опять смеётся. Он вообще много смеётся. И рассказывает о своём друге, участнике Великой Отечественной войны, кому нынче исполняется 104 года - он остаётся при ясной своей голове, не может без смеха, даже когда вспоминает тяжелейшие моменты на фронтовых позициях.

- Вы непременно сходите к нему, Бурухин его фамилия, у него интервью получится интереснее, чем со мной. Вот его домашний телефон, предварительно созвонитесь.

Я записываю номер телефона друга Петра Васильевича и продолжаю задавать вопросы:

- А в США хоть раз приглашали?

- Как же, как же. Много раз. Там вообще плотный график. А чем день более загружен событиями, тем он длиннее. Повторяю: чем день загруженнее, тем он длиннее. Короче - чем меньше спишь, тем дольше проживёшь. Ещё в молодости убедился. Вот в этом году будет конференция в Сант-Диего. Думаю, мне удастся побывать. "РУСАЛ" отправит в командировку.

- Америка давит на психику красноярца Полякова?

- Я когда приезжаю туда, долго осматриваюсь. Слушаю, что американцы говорят. Ведь по возвращении оттуда я должен сделать доклад о том, что же нового там увидел.

- Лично перед Дерипаской отчитываетесь?

- Дерипаску я, откровенно сказать, один раз в жизни видел. Собирались по какому-то поводу на корпоративе. Сидели в ресторане в Саяногорске. Подняли рюмки. Чокнулись на расстоянии. После этого я его больше не встречал.

- Губернатор часто упоминает про "Алюминиевую долину" как светлую надежду. Что это такое?

- Это проект, согласно которому все предприятия, имеющие отношение к алюминию в районе Красноярска - то есть КрАз, КраМЗ, "КиК", "СКАД" (завод, производящий диски колёс) и ещё несколько производств - предполагается связать одной технологической цепью. Только и всего.

Этот проект ещё на бумаге, причём очень далёк от реализации. Предполагается, что это в основном будут предприятия, обращённые к продукции с так называемой добавленной стоимостью. Например, алюминий жидкий стоит 1 500 долларов тонна, а алюминий в составе радиаторов будет стоить, например, 5 000 долларов. Вот эти 3 500 долларов - они и добавляются к остальному объёму вложенного труда.

Поэтому многие страны мира практически алюминий не выпускают, они выпускают уже изделия. Им невыгодно выпускать сырьё - дорогая электроэнергия. И Америка выпускает алюминия гораздо меньше, чем мы, но там больше зарабатывают, придумывая разные сплавы.

- В Америке нет больших алюминиевых заводов?

- Да, в США нет таких крупных заводов, как наш КрАЗ. У них заводы поменьше. К тому же, большую часть алюминиевых заводов они закрыли. Неизвестно, будут ли при президенте Трампе открывать. Потому что энергия очень дорогая.

У нас электричество более дешёвое. И наши заводы обречены приносить прибыль, они всегда будут прибыльными. Потому что гидроэнергия в принципе много дешевле.

Нынче будет проходить в Красноярске очередной конгресс "Цветные металлы и минералы", и там будет круглый стол. Что-то прояснится по проекту "Алюминиевая долина". Непременно приходите от "Красноярского рабочего".

В конце февраля профессор Поляков снова собирается в Америку. Поступило приглашение. Отказываться - нехорошо. Уже взят билет на самолёт.

Я, извиняюсь, не мог не задать вопроса: сколько ему, учёному, там, в этих во всех загранпоездках, платят. Он ответил: за один рабочий день компания платит больше чем месячный должностной оклад профессора.

- А слушатели ваших лекций в зарубежье задают вам вопросы только по вашей специальности металлурга или ещё о чём-то?

- Бывают разные вопросы. Вот в той же Америке, помню, спрашивают из аудитории (ещё был Советский Союз): читал ли я Солженицына. Отвечаю: не читал. "Читал ли Сашу Соколова?" Потом ночью лежу в гостинице и читаю, забыв, зачем прилетел в эту далёкую чужую страну.

Обнаружил, что Соколов щемяще тонкий писатель. Он писал о беспризорниках, о том, как ребятишки ищут духовной себе теплоты. Любви в мире всем не хватает. Сейчас никто так не пишет. Очень трогательно.

Металлург Поляков с такой же тщательностью, как в структуру металлов, вглядывается в окружающих его людей. Он философски рассуждает:

- С моей точки зрения люди делятся на две категории. На тех, которых в юном возрасте ломает так называемое половое созревание и они становятся скучными на весь остаток жизни. И на тех, которые остаются детьми, то есть как были детьми в детстве, такими и остались, с детским ощущением мира. Из первых могут быть кандидаты наук, доктора... но не учёные. Учёные только из вторых...

...Заходить на беседу к профессору Полякову, кабинет которого на проспекте имени газеты "Красноярский рабочий", мне интересно вдвойне: побеседовать и заодно также угоститься. Он угощает тем самым отборным вином, каким его угощают там, в заграничных ресторанах.

Должно, несмотря на санкции, позволяется ему, доктору-металлургу, при возвращении в Отечество захватить с собой оттуда коробочку с парой-тремя бутылок, дабы не напоролся он, так нужный миру специалист, тут, у себя в Красноярске, на какой-нибудь очередной "Боярышник" наш.

Завидую. Как же! Ему, Полякову, за работу кроме угощений хозяева ещё и деньги дают, а писателю давно Павловский не платит никак.




ТАКЖЕ В НОМЕРЕ:







Архив

Гидрометцентр России



Rambler's Top100







© 2000 Красноярский рабочий

in.Form handwork