МАРШРУТОМ НОРИЛЬСК - ДУДИНКА
1936 год. Весна... После короткого, но содержательного совещания в Норильске возвращаюсь в Дудинку составом санно-тракторного поезда.

Последние "морозобоящиеся" грузы доставлены на склады Норильска. Попутный груз возьмём только в Кайеркане. Стоим в ожидании. Ждём совещания представителя "Норильлага" НКВД.

Вскоре подвезли на санях попутчика. На вид молодому человеку было лет 30. Одет по-весеннему - шапка, шинель. На синих петлицах отличительные знаки офицера НКВД. На ногах сапоги-бурки. Голенища сапог из белого фетра оторочены коричневой бейкой. Это был шик того времени. Познакомились в общих чертах. Путь предстоял длинный, будет возможность сойтись поближе.

Вечерело. Пора отправляться в нелёгкий 100-километровый маршрут. На высокие полозья саней вмонтирован деревянный балок, приспособленный для перевозки груза. В одном из таких строений расположились мы с товарищем из НКВД. Движемся быстро, без остановок. Рассчитываем прибыть в Дудинку через 10-15 часов, в общем, к обеду следующего дня. Вдруг балок встал.

- Проехали речку Купец,- пояснил ситуацию тракторист Федя, видимо, старший нашего поезда.- Вот мы слегка и отклонились от маршрута. А теперь, мужики, за топоры. Приступаем к работе...

Всем своим видом Фёдор дал понять: не до чинопочитаний - он тут главный.

Дрова были нужнее, потому и противиться не было смысла. В утеплённой кабине трактора было уютно, а нам необходимо было чем-то топить - до Кайеркана ещё далековато. Только там можно будет загрузить уголь.

Сложили дрова, затопили печь. Короткий отдых решили использовать для обеда. Вскипятили чай, открыли по банке тушёнки, перекусили по принципу "у кого что было".

Поскольку я некурящий, отошёл немного поодаль. Стал на откосе едва заметной дороги и не мог оторвать глаз от этой небесной живой стихии. От самого горизонта гигантские серые нити прошили серое грустное небо. Неведомая могучая сила Арктики манила стаи птиц в далёкий путь - в холодное место гнездования. Птицы приветствовали свою родину громкими звуками гусиного гогота. Небо словно дрожало в порывах сильного верхового ветра, предвещавшего непогоду.

Двинулись в путь дальше, подкладывая дрова в печку-буржуйку. Разговорились.

"Норильскстрой", где я состоял на службе, и "Норильлаг" выполняли одну и ту же работу, и цели совещания были практически одинаковые: выполнение плана строительства - у одних и обеспечение трудовыми ресурсами - у других.

* * *

Накануне довольно жёсткая задача была поставлена партией и правительством перед восьмым съездом Советов трудящихся Дудинки. Было сказано:

"В Арктике, севернее нового заполярного города Игарки, решено построить Норильский полиметаллический комбинат. Он будет самым северным и самым крупным промышленным предприятием не только в Союзе, но и в мире. Сырьевой базой его являются норильские полиметаллические руды. Топливной базой будут норильские угли..."

Здесь впору довести до читателя и беседу с начальником "Норильскстроя" Владимиром Зосимовичем Матвеевым. Как его величали - "бесстрашный чекист с простреленными лёгкими". Прагматик и стратег, первый начальник "Норильскстроя" уже предвидел те перемены, которые могли произойти на Таймыре в связи с перспективами строительства комбината, порта и железной дороги:

- Дудинка,- отметил он,- сейчас является одним из важнейших стратегических пунктов, откуда ведётся наступление на тундру и прокладывается дорога к богатствам Норильска.

Самым трудным за прошедшие месяцы было разгрузить несколько тысяч тонн грузов: материалов и оборудования для строительства и около двух десятков тысяч кубометров леса и пиломатериалов. В Дудинку было завезено 150 лошадей. Работают 10 тракторов.

Развёртывая работу по всему строительству, мы особо форсируем сооружение железной дороги. От станции Валёк на реке Норилка до Норильска прокладывается железнодорожная ветка протяжённостью чуть более 15 километров. По ней пойдут все грузы, доставленные по Норильско-Пясинской водной системе. В верховьях реки Валёк ведутся лесозаготовки для изготовления шпал...

Причиной принятия неординарных решений для Матвеева (а он был одновременно и начальником "Норильлага") стал опыт доставки грузов по Пясинско-Норильской водной системе в навигацию 1935 года. Она оказалась не только весьма затратной, но трудноосуществимой. Вследствие чего возник приказ по "Норильскстрою" и исправительно-трудовому лагерю НКВД N 132 от 16 мая 1936 года:

"В связи со значительным количеством грузов, прибывающим в текущем году в Дудинку и Валёк, и сокращёнными сроками их выгрузки, необходимо немедленно приступить к устройству причалов в местах разгрузки и механизировать разгрузочные работы. Для правильной организации строительных и разгрузочных работ

ПРИКАЗЫВАЮ:

Организовать в Дудинке Управление порта и на Вальке Управление гавани.

На должность капитана порта "Дудинка" назначить з/к (заключённого) Ускова Ф. В. Начальником гавани "Валёк" з/к Жарковского Е. Я...

Одной из важнейших программных работ норильского строительства текущего года является постройка железнодорожной линии "Дудинка - Норильск - Валёк", без работы которой немыслимо развёртывание строительства комбината.

Начальником строительства железной дороги назначается начальник 9 отделения ИТЛ тов. Аппарович П. Ф. по совместительству, заместителем начальника строительства з/к Швецов М. А...

Начальник Управления "Норильскстроя" и ИТЛНКВД

Матвеев".

* * *

Мы продолжали свой путь, каждый думал о своём. Тема совещания проходила в разных ведомствах, но была посвящена исполнению приказа N 132.

- Как будем выходить из положения по комплектованию производства кадрами и откуда брать необходимых специалистов? - задаю я вопрос соседу по балку.- И не только инженерно-технических, но и рабочих? На вашем совещании говорилось об этом?

- Этот вопрос был первостепенным. Привели следующие цифры: в Дудинке сейчас числится населения 1 274 человека. Из них взрослых - 892, детей - 382. В основе своей - рыбаки, охотники... Нет даже мало-мальски знакомых с механизмами... Нам поставили задачу: фильтровать контингент. Из числа лагерников привлекать специалистов к выполнению инженерных работ и ставить на руководящие должности. А выхода просто нет. И другое решение в ближайшем будущем не представляется возможным...

- Да, участь у нас незавидная. Однако приказ надо выполнять любыми способами. Просто я не могу себе представить, в какой ситуации окажутся руководители-заключённые? С одной стороны - сокамерники, с другой - начальствующий состав вольнонаёмных. Под двойным прессом...

- Есть другие предложения? Предлагай! Вот так-то...

Кстати, на совещании предложили на утверждение текст заявки в Красноярскую пересыльную тюрьму по обеспечению "Норильскстроя" рабочей силой по количеству заключённых, времени отправки и подбора необходимых профессий.

И потянулись на Крайний Север караваны пароходов, лихтеров, барж, неся в своих трюмах тысячи будущих строителей заполярного гиганта.

Кстати, в книге воспоминаний Александра Сновского "Выжить и помнить" подробно описано его пребывание в Красноярской пересыльной тюрьме, а также этап в Дудинку. Что говорить - картина не для слабонервных. Однако я смею усомниться в скудном питании на пути в Дудинку: вода и кусочек сахара один раз в сутки.

Я там не был и не мне судить о подлинности воспоминаний, однако без питания, даже совсем скудного, невозможно находиться более 10 суток. Тем более что в сопроводительных документах указывалось количество продовольствия для лагерников во время всего пути. Преследовалась основная цель - доставить в Норильск рабочую силу, а не доходяг, не способных выполнять тяжёлую работу в условиях Заполярья.

Надо признать, что администрация "Норильлага" придавала большое значение питанию и вещевому содержанию заключённых, о чём свидетельствуют многие архивные документы. Да и в своей книге "Таймыр студёный" другой обитатель дудинских лагерей Николай Одинцов отмечает: "Кормили неплохо. Во всяком случае, голодных не было, несмотря на то, что 1946 год был неурожайным".

* * *

В полночь прибыли в Кайеркан. Подъехали к бурту загрузки угля. Пока экспедиторы оформляли накладные на приёмку угля, вышли из балка размяться. Через туман просвечивается солнце.

- Похоже, надвигается пурга,- говорю как бы сам себе.

- Нам бы успеть проскочить заблаговременно,- откликается служивый.

- А это уже как получится,- бросает по пути к сторожке Фёдор.

Поехали. Но теперь значительно медленнее. Сани с грузом глубже продавливали снег. Заметно похолодало. За окошком балка видимость минимальная. Ночь. Не на шутку запуржило. Начинаю дремать с мыслью - "утро вечера мудренее".

Проснулся от непривычной тишины. Ни характерного скрежета полозьев, ни покачивания балка на ухабах.

- Что случилось? Приехали? - раздался голос попутчика.

- Приехали, и, вероятно, надолго,- ответил я.- Не видно ни зги. Будем ждать улучшения видимости.

- Долго?! - с тоской в голосе спросил служивый.

- А это уж как получится. До Дудинки осталось примерно четверть пути.

- Что будем делать? - продолжал спрашивать неискушённый северной погодой заместитель начальника 4-го лаготделения. Он прибыл на барже осенью с последней партией заключённых и ещё не познал все прелести северной жизни.

- Ждать! - грубо ответил ему тракторист Фёдор, закрывая нашу полуоткрывшуюся дверь.

Наступил день. Небо клокотало, не переставая. Вышли из балка. Огромные неистовые серо-чёрные облака, подгоняемые северным ветром, медленно двигались по небосклону. Шквальный ветер со снегом, обрушившийся на бескрайние просторы таймырской тундры, стал понемногу стихать.

На разбитом зимнике снежные смёрзшиеся глыбы снега и льда громыхали под полозьями. Ведущий трактор то и дело останавливался, шёл на помощь зажатым саням. Но и ему не хватало мощи. Тогда люди шли впереди машины, прокладывая путь ломами.

Возникла новая проблема. На реке Косой образовались широкие забереги с обоих берегов. Вышли все, кто находился в поезде. Состоялось короткое совещание.

- Весна. Начался подъём воды, чем больше мы будем ждать, тем больше усугубим своё положение,- кратко пояснил ситуацию тракторист Фёдор.- Ставлю задачу! Офицеры (он имел в виду и меня), взяли топоры и приступили к рубке тальника.

Увидев недовольное лицо офицера НКВД, который направился было в тёплый балок, резко сказал:

- В тундре и в бане генералов нет.

Старший лейтенант остановился, оглянулся на меня, как бы ища поддержку. Но я промолчал.

Работа закипела. Трактористы и экспедиторы сняли ватники. Из-под шапок валил пар. Переносить охапки хвороста по пояс в снегу - дело нелёгкое. Но через два часа слаженной работы можно было продолжать путь.

Трактористы принимают решение: поочерёдно перетягивать сани через реку по наращённому тросу. Медленно, но зато безопасно. В итоге благополучно преодолели водную преграду.

Остался последний рывок длиною в 15 километров. Вскоре из-за поворота навстречу нам показался обоз из нарт с заиндевелыми оленьими мордами. Вместе с ним под конвоем охраны шла растянутая колонна заключённых в бушлатах и с лопатами. Чёрная одежда, такие же земляные, измождённые, обветренные и опалённые весенним солнцем лица резко выделялись на фоне свежевыпавшего снега.

И так каждый день. Туда и обратно, проделывая многокилометровый путь, они очищали от снега предполагаемую прокладку железнодорожной трассы. Земляные работы на трассе велись уже круглосуточно и повсеместно на всех участках. Заключённые мужчины на трассе долбили лунки под взрывные работы. Взрывники закладывали аммонал, и подготовленный участок узкой полосой взлетал на воздух. Местами взрывали, местами копали, засыпали, ровняли...

Работали по общегулаговскому принципу - "Без туфты и аммонала не построили бы Беломорканала". Спешили закончить запланированную часть работы к началу весенней распутицы.

И вот наконец-то мы увидели среди снежного безмолвия силуэты приземистых сельских домиков Дудинки.

- Ну что, старший лейтенант,- спросил я,- готов повторить пройденный путь? Или зарёкся больше так не рисковать?

- В этом составе - хоть куда! - с улыбкой ответил попутчик.

* * *

В навигацию 1935 года по Пясинской системе на Валёк были завезены два паровоза и один мотовоз. В навигацию 1936 года на участке Валёк - Норильск уже действовали эти паровозы и 20 вагонов. В мае 1937 года было открыто движение по узкоколейной дороге Дудинка - Норильск. 3 ноября 1937 года на ряжевых (постоянных) причалах начал свою работу порт. Неимоверными усилиями первостроителей комбината приказ N 132 был выполнен в полном объёме.

Вот только его автор Владимир Зосимович Матвеев на этом поприще не снискал лавров. В 1938 году он был снят с должности, арестован, а затем уже как заключённый ГУЛАГа бесследно сгинул в одном из архангельских лагерей. Такая была уготована участь не только основоположнику и первостроителю порта, железной дороги и Норильского комбината, но и многим невинно пострадавшим в молохе режима. Вечная им память.

В надгробие им поставлен огромный монумент - Норильский комбинат, который сегодня не только успешно работает, но и является флагманом цветной металлургии в России и мировым лидером по производству никеля. Их труд не пропал даром.

От редакции

Свои строки воспоминаний ветеран готовил к 80-летию Норильского металлургического комбината и первоначально они в более полном объёме увидели свет в газете "Таймыр" в феврале - марте 2015 года. Но и этот сокращённый вариант прекрасно передаёт дух того времени, когда, казалось бы, для первостроителей заполярного гиганта не было ничего невозможного. Захотели, решили, сделали.

И ещё. Всех тогдашних руководителей, прошедших норильскую школу, будь то Матвеев, Завенягин, Ксинтарис или Долгих, отличало умение видеть перспективу, действовать на опережение. К сожалению, не в пример теперешним хозяевам "Норникеля". Если в далёких 30-х киркой и лопатой в считанные месяцы прокладывали полотно железной дороги, то теперь, в ХХI веке, речь пошла о транспортном коллапсе в Заполярье.

"Красноярский рабочий" неоднократно обращался к теме транспортной составляющей города металлургов (публикации "Добежит ли вагон до Норильска?" от 16.02.2016 года, "Норильское бездорожье" от 24.08.2016 года и другие), которые были встречены гробовым молчанием как со стороны краевых, так и местных властей.

Зачем им ломать голову над такими глобальными проблемами типа возрождения так называемой "мёртвой дороги", или "сталинки", которую между тем успешно оживляют газовики и нефтяники? Живи одним днём. А в случае чего можно отделаться представительным совещанием где-нибудь в Москве, организацией оперативного штаба по приёмке жалоб населения и так далее.

Как это схоже с позицией страуса, прячущего голову в песок при виде опасности. Но с таким поведением власть имущих мы далеко не уедем.

Николай КОСТЕЦКИЙ, ветеран труда Дудинского морского порта, заслуженный работник ЗФТ ОАО "ГМК "Норильский никель", Почётный гражданин города Дудинки.




ТАКЖЕ В НОМЕРЕ:
ШКОЛЫ БУДУТ ОБЪЕДИНЕНЫ
Очередное объединение позволит не только повысить качество образования, но и более равномерно распределить учебные места в имеющихся школьных зданиях, считают власти Красноярска.







Архив

Гидрометцентр России

Rambler's Top100







© 2000 Красноярский рабочий

in.Form handwork