ФАЛЬШИВАЯ АРИЯ МОСКОВСКОГО ГОСТЯ
Интересное явление наблюдалось в Красноярске в течение 2016 года: культурные пустоты тихо, неспешно, но назойливо заполняли приезжие представители культуры, демонстрирующие (и проповедующие) весьма сомнительные ценности, а то и откровенные пошлость и китч.

Примеров тому достаточно: чтобы не перегружать внимание читателей, я выберу лишь несколько из них, причём сознательно из разных видов культурной деятельности.

Пример первый: выступление в зрительном зале красноярского Дома кино довольно известного в 90-х годах прошлого века московского писателя Виктора Ерофеева. Известность его была большей частью скандальной: он - один из организаторов и участников подпольного литературного альманаха позднесоветского времени "Метрополь", подписант всевозможных протестов и в течение нескольких лет - ведущий программы "Апокриф" на телеканале "Культура".

Как писатель он произвёл на свет несколько романов и повестей, объявленных на Западе "мировыми бестселлерами" лишь потому, что они перегружены раздражением и ненавистью по отношению к человеку как таковому, обильной ненормативной лексикой и откровенной русофобией,- на Западе, между прочим, очень любят, просто обожают такого рода русскую литературу, чем некоторые столичные писатели и пробавляются, зарабатывая себе таким образом известность (а заодно и денежки).

Но если судить эти романы и повести В. Ерофеева профессионально, то они не выдерживают никакой критики из-за пустопорожнего многословия, так что автор их в последнее время задвинут на самые задворки российской литературы талантливыми молодыми авторами новой волны.

И вот собрался полный зал Дома кино, чтобы, наверное, послушать из уст столичного писателя последние новости столичной же литературной жизни. Но ничего этого зал не услышал - В. Ерофеев полтора часа читал свой старый, довольно скучный из-за обычного для автора многословия рассказ, суть которого сводилась лишь к тому, что герой его (то бишь сам автор) долго мечтал побывать в Париже... Зачем? Да только затем, чтобы посидеть и выпить в кафе, в котором выпивал когда-то Хемингуэй. И это желание он, наконец, исполнил! Вот и всё.

А когда под конец "выступления" его всё-таки спросили, кого он считает самыми крупными русскими писателями современности, он указал в первую очередь на самого себя, а второе и третье места отдал Вл. Сорокину и В. Пелевину. Больше ни одного имени назвать не смог. На вопрос же, может ли он назвать крупных писателей в провинции, ответил, что в провинции вообще никаких писателей по определению быть не может, что они могут быть только в столице.

Тогда его спросили: а как же В. Астафьев, В. Распутин? В. Ерофеев, некоторое время поразмыслив, нехотя согласился: "Н-ну да, были и такие"...

Пример второй, уже из области изобразительных искусств. Этим летом московский художник Никас Сафронов, человек тоже скандально известный, выставил в зале Красноярского художественного музея на проспекте Мира, 12, свою живопись и графику. Но когда пройдёшь её всю и внимательно рассмотришь, начинаешь ощущать, что там нет живописи - есть подделка под живопись и что тебя просто-напросто "разводят".

Все эти огромные панорамы знаменитых своей архитектурой западноевропейских городов и портреты наших современников в костюмах времён Возрождения легко нынче создаются с помощью современной видеотехники и компьютерной графики - при теперешних-то её невиданных успехах. Этим нынче забавы ради балуются даже студенты художественных вузов: копируется на бумагу или ткань какой-нибудь знаменитый портрет работы, скажем, Тициана или Веласкеса со множеством деталей, присущих эпохе Возрождения, а к нему присобачивается собственный фотопортрет...

Странные приёмы уважаемого Н. Сафронова в его "живописи" давно определены столичными учёными-искусствоведами. Так что в Москве "его" работы стараются не пускать в солидные выставочные залы, а у нас в Красноярске - пожалуйста: ему отдан лучший музейный зал. Глухая провинция, что с неё возьмёшь: "схавают" и так!..

И при этом - бешеная реклама во всех СМИ, афишами выставки были оклеены буквально каждый столб и каждая стена в Красноярске, причём было объявлено также, что картины с выставки продаются, а автор пишет портреты всех желающих,- со скромным добавлением: "Беру дорого!". То есть следует понимать, что это чисто коммерческий "проект", к искусству отношения не имеющий.

Пример третий: выставка фоторабот под названием "Малкович, Малкович, Малкович" в Красноярском музейном центре на Стрелке, тоже широко разрекламированная как нечто новое, доселе невиданное в искусстве.

Суть выставки в том, что на ней собрано около 40 работ чикагского фотографа Сандро Миллера, на которых он пародирует известные, широко растиражированные фотографии Мэрилин Монро, Альфреда Хичкока, бородатого Че Гевары в берете, Альберта Эйнштейна, высунувшего язык, и многих других мировых знаменитостей ХХ века, ставших культовыми фигурами, причём использовал фотограф для пародий одно и то же, довольно отталкивающее лицо пожилого американского актёра по фамилии Малкович.

Вообще во всякой пародии по закону жанра должны присутствовать два главных элемента: сатирическая или ироническая направленность - и комизм. Так что представленные на выставке работы вполне могли бы стать полноценными фотопародиями, если бы не следующее. Все персонажи снимков - во-первых, люди, много сделавшие для мировой культуры, науки, политики ХХ века, во-вторых, почти все они уже ушли из жизни, и, в-третьих, некоторые из них (например, М. Монро, Че Гевара и другие) - с глубоко трагическими судьбами. И над этим - ржать и "прикалываться"?

Так что всё это воспринимается скорее как уродливое, злобное издевательство над пародируемыми персонажами. Я в жизни не видел ничего гнуснее... И при этом - весёлые тусовки скучающих красноярских дамочек на фоне выставки и соответствующие фото, растиражированные в Интернете.

Четвёртый пример - уже из жизни театральной: совсем недавно, в начале ноября, в Красноярском театре оперы и балета прошёл спектакль московского режиссёра Константина Богомолова "Гаргантюа и Пантагрюэль", во время которого на сцене показывали мужские гениталии и обыгрывалась тема человеческих экскрементов и способов подтирки, причём всё это - под музыку Генделя. При этом часть зрителей в знак протеста демонстративно ушла со спектакля.

Сам К. Богомолов, известный в Москве как режиссёр скандальный, прокомментировал свой спектакль как явление постмодернизма с современным прочтением классики, с погружением в телесность, в которой мы на самом деле существуем, а также как провокацию и вызов к дискуссии.

Интересно, что в последнее время заметен активный наплыв подобного "постмодернизма", идущего из Москвы, в крупных городах России: Новосибирске, Омске, Перми,- и одновременно резкие, вплоть до мордобития, протесты общественности против этих "актов постмодернизма".

Не случайно в октябре 2016 года на съезде Союза театральных деятелей в Москве известный актёр и режиссёр Константин Райкин выступил с яркой речью (широко распространённой затем в СМИ), суть которой свелась к тому, что государство обязано защитить творцов от тупой и малообразованной общественности, которая борется против явлений современного искусства, прикрываясь словами о нравственности, патриотизме и воспитании подрастающего поколения.

Я бы полностью согласился с К. Райкиным, если бы не одно "но". Перед началом дискуссии давайте установим: что такое современное искусство? Потому что показ физиологии (экскрементов, гениталий, половых актов), так же, как и ненормативная лексика, предметами искусства не являются. При этом они зачастую назойливо эксплуатируются режиссёрами, пусть и скандально известными, но малоталантливыми, не имеющими ни вкуса, ни чувства меры, неспособными показать современного человека и картину современного мира чисто художественными средствами.

И ведь не случайно такие режиссёры, чураясь современной драматургии, старательно эксплуатируют литературную классику, примазываясь к славе великих мастеров прошлого. Особенно достаётся на этом поле бедным Чехову и Шекспиру - как только ни измываются над ними "смелые", "революционные" режиссёры!

А на самом-то деле под громкими лозунгами "современного искусства", "культурной революции", "провокации и вызова к дискуссии" процветают издевательство над человеческой моралью, над религией, оправдание извращений, превращение искусства в развлекательное шоу, спекуляции на классике и передёргивание её культурной сути ради собственных амбиций...

Зачем делаются эти огромные усилия? Разве только ради наживы "специалистов от искусства"? Безусловно, и для этого тоже. Но не только.

Есть мнение, что такое "искусство" является социальным заказом глобализма, при котором человек с индивидуальными культурными запросами не только не нужен - а вреден: он сопротивляется глобалистской унификации; глобализму нужен всего лишь потребитель с массовыми, стандартными, унифицированными запросами. Отсюда - усилия "опустить" человека до уровня животного. Видели футбольные матчи или эстрадные шоу с десятками тысяч зрителей, ревущих в унисон? Вот он, идеал глобализма!

Однако вернёмся к нашим предъявленным в Красноярске артефактам пошлости и китча. Может быть, кто-то решит, что я предлагаю решительно бороться против них запретами? Нет,- отвечаю,- я, как говорят китайцы, за то, чтобы цвели все сто цветов: чтобы зритель мог определить, что ему потреблять, настоящее искусство или китч, сравнить и выбрать то, что нравится.

Но хорошо москвичам, у которых не меньше ста театров и почти столько же выставочных залов, они имеют возможность выбирать и сравнивать. Причём большая часть творимого в столице искусства - искусство настоящее, без подделки. А нам-то что делать, когда у нас в городе всего два драмтеатра и чуть больше выставочных залов?

Мы, зрители, платящие налоги в казну, в том числе и на развитие культуры, должны иметь возможность хотя бы время от времени видеть в своих театрах и выставочных залах то настоящее искусство, которое творится в столицах; очевидно, что именно оно должно властвовать в государственных учреждениях культуры.

От чего это зависит? Наверное, всё-таки от ведомств культуры и руководителей государственных учреждений культуры. Зачем же отдавать государственные площади под привозной китч, авторы которого втюхивают его нам как "последний писк" "современного искусства"? Пускай сами находят возможности показывать его: ведь китч по определению - вещь сугубо коммерческая; вот и пусть раскошеливаются.


Александр АСТРАХАНЦЕВ, писатель.



ТАКЖЕ В НОМЕРЕ:
ШКОЛЫ БУДУТ ОБЪЕДИНЕНЫ
Очередное объединение позволит не только повысить качество образования, но и более равномерно распределить учебные места в имеющихся школьных зданиях, считают власти Красноярска.







Архив

Гидрометцентр России

Rambler's Top100







© 2000 Красноярский рабочий

in.Form handwork