ЗЕМЛЯ ЭЛЬЗЫ ДАЛА НОВЫЕ ВСХОДЫ
Символично и замечательно, что в двух драматических театрах, которые не очень далеки друг от друга (всего-то 400 километров),- Красноярском драматическом имени А. С. Пушкина и Русском республиканском имени М. Ю. Лермонтова,- творческий сезон был открыт премьерными спектаклями "Земля Эльзы" в постановке Евгения Ланцова.

В полемике с самим собой

Правда, сразу надо уточнить, что красноярцы впервые увидели новую работу известного режиссёра, специально приглашённого из Абакана, значительно раньше - первый показ её состоялся в марте, а зрители Хакасии - лишь на недавнем открытии (у нас подобное мероприятие состоялось месяц назад).

Весенняя премьера в столице края прошла успешно и за непродолжительное время успела набрать множество восторженных и благодарных отзывов от зрителей, а также профессионалов, высоко оценивших работы своих коллег. По итогам прошедшего сезона за лучшее исполнение главных ролей в премьерном спектакле призы в краевой драме получили заслуженная артистка России Галина Саламатова (Эльза) и народный артист России Алексей Исаченко (Василий).

Меня спектакль поразил и содержанием пьесы, и режиссурой, и изумительной игрой актёров, ставших родными, что очень скоро нашло своё отражение в газетных строчках ("Розовое платье как пропуск в вечность", "Красноярский рабочий" N 32 от 26.03.2016 года), поэтому повторяться не хотелось бы.

Однако, оказавшись недавно в гостях у родственников в Хакасии и зная о предстоящей премьере, я решила посмотреть и второй творческий опыт Евгения Ланцова по пьесе Ярославы Пулинович. И хотя постановщик - главный режиссёр Русского республиканского драматического театра имени М. Ю. Лермонтова - предупреждал, что повторения не случится, что "абаканский спектакль делается в некоторой полемике с красноярским, в развитии, так сказать", я слабо представляла, как такое возможно и возможно ли вообще.

Индикатор качества - слёзы

Вот и сцена со знакомыми элементами "Земли Эльзы": справа старомодный платяной шкаф, рядом стол со стульями. Портрет недавно умершего мужа хозяйки в траурной раме. Сейчас овдовевшая Эльза начнёт свои мысли вслух и спрячет между бельём на полку фотографию нелюбимого человека - хватит, при жизни обижал, попил кровушки, зачем ещё теперь позволять ему следить за собой. Я же помню это, разве удивишь?..

Но что-то новенькое. На сцену первыми выходят две участницы женского хора, где вынужденно, по обязанности поёт и Эльза Александровна, и, обращаясь к залу, начинают доверительный рассказ о том, какая трогательная история произошла у них в деревне.

Любопытство нарастало: какая же здесь Эльза (русская немка, сосланная в Сибирь ещё неродившейся в начале войны)? И вот она вышла - высокая, взволнованная, слегка растерянная, со скорбью на лице и в то же время обнадёженная - ведь для неё жизнь не закончилась, а, может, только начинается.

В 76 лет? А почему бы и нет, если все эти годы прожиты не так, как хотелось красивой и мечтательной женщине: сначала надо было выжить в послевоенной нищете и разрухе, а затем жить "как все", горбатясь на огород и дом по указке нелюбящего супруга Кравчука.

Опять же признаюсь, в первые минуты, когда шло узнавание незнакомых артистов, мешало некоторое неприятие, типа того, что - ну, наши-то лучше! Но это местечковое и, прямо скажем, неприглядное чувство исчезло так быстро, что теперь кажется, будто его и не было.

И вот она, великая сила искусства: когда ты знаешь и сюжет, и грустный финал, и даже помнишь наизусть отдельные фразы, но тем не менее упорно забываешь это и заново следишь за действием на сцене, волнуясь и переживая за главных героев, возмущаясь эгоизмом их взрослых и чересчур расчётливых чад, а также завистливым отношением деревенских женщин, которые, по сути, несчастнее Эльзы.

И ещё непременно примериваешь ситуацию к собственной жизни, жалея всех чисто по-бабьи. Обычно я не мучаюсь вопросом: понравилось мне или нет. Если опять проняло до слёз - какие могут быть сомнения? Новая "Эльза" совсем по-новому, но так же сильно разбередила душу!

Абаканский спектакль действительно отличается от красноярского: и построением, и сценическим оформлением, и музыкальным. На краевой сцене, на мой взгляд, он получился более суровым, философским, а на республиканской - более светлым и по-хорошему деревенским.

Телеграфные столбы и нити проводов в красноярской постановке (художник Игорь Капитанов) словно не выпускали главных героев из своих сетей, и только смерть помогла им соединиться и вознестись над серостью земного бытия.

Некоторые мизансцены в абаканской "Земле Эльзы" (художник - Елена Турчанинова) выстроены иначе. Здесь есть и "чердак", где трепетно, слегка, целуются немолодые влюблённые, что оттеняется светом, и полупрозрачные занавеси, которые создают отдельные миры сельского быта. А ещё появляются видеозаставки на заднике, сопровождающие действие,- то дающие надежду вместе с зелёными листочками, то вымораживающие душу, как лютая зима. А сверху давит и притягивает прошлое в виде старинных чёрно-белых снимков.

Мышкин и Гамлет вечны

Но, пожалуй, главное отличие, конечно, сами герои - в исполнении совершенно других актёров. Эльза у заслуженной артистки Республики Хакасия Людмилы Лосяковой получилась эмоциональной, милой, беззащитной. Василий у заслуженного артиста России Александра Яськова - человеком, тоже изрядно битым жизнью, несмотря на то, что городской учитель, и как бы изначально виноватым за свою беспомощность перед женщиной, которую полюбил.

- Когда готовишься к постановке пьесы, то в первую очередь задаёшься вопросом - а есть ли в труппе достойные исполнители ролей, а иначе какой смысл за неё браться? - рассуждает режиссёр-постановщик Евгений Ланцов.- И тут всё совпало, я сразу знал, кто будет у нас Эльзой - практически идеальное попадание на роль.

Вообще-то обычно бывает, что режиссёр сначала делает постановку на родной сцене, а уж затем - в гостях. В данном случае произошло наоборот. Почему же Ланцов взялся за знакомый материал повторно, быть может, на красноярской сцене его что-то не устраивало, не удалось?

- Ни в коем случае, совсем не в этом дело,- поясняет Евгений Юрьевич.- Когда спектакль поставлен, то, как правило, ставить эту пьесу ещё раз нет никакого смысла, ибо "высказывание" случилось, а то же самое - зачем? Хотя в нашей профессии можно заниматься и переносом, и делать копии, в принципе, ничего зазорного в том нет. Но мне показалось, что пьеса позволяет сказать ещё что-то. И мало того - редкий случай для меня,- смотрю сейчас премьерный спектакль и понимаю, что поставил бы ещё раз, что можно ещё чуть иначе развернуть эту тему...

В абаканской постановке другие ритмы, другое пространство и смысл проявляется немного другой - пьеса позволила это. Ярослава Пулинович придумала ясную историю, которая удивительно точно попала в наше время.

Эльза ведь не столько немка, сколько белая ворона. Она другая. Она отличается от остальных, потому что сохранила в себе нечто такое, что общество утратило (или - утрачивает). И, с одной стороны, окружающие ненавидят её, а с другой - тянутся к ней.

Эта история рифмуется с подобными в мировой литературе - как примеры вспомним Мышкина у Достоевского, Гамлета у Шекспира. Эльза, которую всю жизнь унижали, били, уничтожали, умеет и прощать, и понимать.

- Сегодня, когда с нами происходят стремительные перемены и мы, как никогда, устремлены в будущее, хочется как-то по-особенному и по-настоящему разобраться в прошлом - что же тогда с нами происходило? И чего не происходит сейчас? Поэтому, прочитав эту пьесу, я подумал, что она обязательно будет нужна людям, так как в ней есть попытка и поставить подобного рода вопросы, и ответить на них,- добавляет Евгений Ланцов.

Что сеем мы на этой земле?

К комментарию режиссёра хочется добавить, что зрительный зал республиканского театра значительно просторнее, чем в нашем, пушкинском, где всё компактнее, ближе. Новая постановка учитывает особенности и атмосферу зала; благодаря рассказчицам, зрительным эффектам повышается доступность восприятия. Воссоздаётся обстановка более детальная, узнаваемая.

Очень понравилось, что публика в Хакасии довольно открытая и благодарная - то и дело раздавались аплодисменты (хотя и нежелательные сопутствующие звуки тоже имелись - кашляние и мелодии телефонов). А сколько оваций и букетов было по окончании!

Во время действия меня не покидала удивительно простая, но такая приятная и общепримиряющая мысль (от местечковых интересов не осталось и следа) - не важно, где мы живём (в Красноярске или Абакане, в деревне или городе), не важно, какой мы национальности (хакасы, немцы или русские с украинской фамилией Кравчук), но важно, как мы живём и что сеем на своей личной, неповторимой земле: цветы или сорняки, любовь или ненависть, милосердие или бездушие.

И в завершение скажу: на следующий день мои хакасские родственники, наслушавшись восторгов, тоже отправились на премьеру (спектакль шёл два вечера подряд). Племянница рассказывала затем, как всхлипывала в финале, чего совсем от себя не ожидала, а 12-летний сын-подросток с театральным именем Гамлет успокаивал, поглаживая её по руке:

- Ну чего ты расплакалась, мама? Он же вернулся на мотоцикле и забрал её с собой в розовом платье!


Светлана ШИДЛОВСКАЯ.

Фото Евгения ЛАНЦОВА. Абакан - Дивногорск.



ТАКЖЕ В НОМЕРЕ:







Архив

Гидрометцентр России



Rambler's Top100







© 2000 Красноярский рабочий

in.Form handwork