УЧЁНЫЙ, ПЕДАГОГ, ПИСАТЕЛЬ, МУЗЫКАНТ
19 февраля исполняется 115 лет со дня рождения выдающегося учёного - почвоведа, лауреата золотой медали имени В. В. Докучаева Николая Орловского (1899-1986).

Николай Васильевич Орловский родился в 1899 году, на рубеже веков, в селе Большая Чесноковка Самарской губернии, в семье священника. По линии отца все предки Орловских до далёкого колена были заволжскими церковнослужителями, по материнской линии дворянский род начинался от Забавы Путятичны (Киевской).

Родители сумели дать Николаю хорошее музыкальное и литературное образование, увлекли философией на примере Сократа. Одним из увлечений Николая была музыка. Его музыкальное воспитание началось с раннего детства. Отец обладал хорошим слухом, в его руках гитара превращалась в мелодически звучащий инструмент, на котором он исполнял то старые русские песни, то трогательные романсы, то переливчатые плясовые. За два года до поступления в духовное училище в доме появилось пианино. А с отъездом на учёбу в Самару и поселением на квартиру к Марии Васильевне Богданович, опытной учительнице-пианистке, ученице Николая Рубинштейна, музыкальное обучение приняло систематические формы и потребовало большого труда и настойчивости. Главное, что воспитала Богданович в молодом Орловском, это хороший музыкальный вкус. В семинарии и на всю долгую жизнь Николай Васильевич стал аккомпаниатором, а в каникулы в Большой Каменке устраивал тематические концерты. Занятия с вокалистами помогли Орловскому уже в 50-е годы профессионально поставить оперу "Русалка" в Алтайском сельхозинституте.

Началась Первая мировая война. Николай рвался в армию добровольцем. Семинарию заняли под постой солдат. В субботу и воскресенье учащиеся, имевшие велосипеды, занимались перевозкой раненых из санитарных поездов в госпитали на специальных носилках. Наступил 1917 год, семинария окончена. Все четыре года обучения в ней Николай мечтал об университете, с его помощью предполагалось разрешить ряд сложных вопросов философии жизни и природы, которые неясно роились в его голове, когда он на отцовском наделе ходил за плугом, сеял пшеницу или косил рожь. Он верил, что университет откроет ему книгу природы, которая представлялась полной тайн и открытий. Результаты познания мечталось передать народу с помощью реконструкции сельского хозяйства.

И в 1917 году Орловский поступил на естественное отделение физико-математического факультета Казанского университета. После окончания второго курса Николай приезжает на каникулы к родителям, но в конце июня Комитет членов учредительного собрания (Комуч) объявляет призыв в армию. И вся группа казанских студентов добровольно явилась на призыв и была зачислена в воинскую часть, носящую звучное название ТАОН (тяжёлая артиллерия особого назначения). В середине октября ТАОН получил приказ грузиться на поезд и ехать в Харбин. Получился бесплатный туристический маршрут протяжённостью более 8 000 километров. Но вскоре пришёл приказ возвращаться на Запад, и эшелон всё лето простоял в Красноярске, где в городском парке Николай стал на время аккомпаниатором талантливого офицера с артистическим псевдонимом Пьеро Валертинский, исполнявшим песни Вертинского.

Война надоела, хотелось учиться дальше, и Николай просится на фронт с лёгкой Самарской батареей, дезертирует, приходит в Омск и поступает в Сибирский сельскохозяйственный институт. Это были трудные и голодные годы, надо было помогать родителям, и Николай переводится в Самарский университет, только что созданный в здании духовной семинарии. Идёт 1921 год, в Самаре голод, пришлось ехать за хлебом в Ташкент, что позволило привезти родителям три мешка муки. Учиться невозможно, и 3 октября 1921 года Николай откомандирован агрофаком Самарского университета в Петровскую сельскохозяйственную академию в Москву для продолжения образования.

Далее Орловский продолжил свою работу на Саратовской сельскохозяйственной и Уральской зерновой опытных станциях, в Омске, где и определилось его научное направление - влияние солонцов на рост кормовых культур. В мае 1937 года Орловский назначается заместителем директора Убинской опытно-мелиоративной станции в Барабе. Представление о ней дают стихи его жены, моей матери Елены Сергеевны Кусковой:

На равнине белой, на краю болота

Затерялись несколько одиноких домиков.

Возле них ни деревца, нет нигде ни кустика,

Лишь сугробы снежные занесли дома...

Родители отца, как представители духовенства, были репрессированы и отбывали срок в Лешуконском лагере (200 километров от Архангельска). В 1948 году Николай Орловский защитил докторскую диссертацию, и в 1950-м вся семья оказалась в Барнауле, куда он был приглашён на должность заведующего кафедрой почвоведения.

Вопросы освоения целинных и залежных земель всегда были в центре внимания научной деятельности Орловского. Первое научное обобщение опыта освоения целины было сделано Николаем Васильевичем в его брошюре "Освоение целинных и залежных земель в Алтайском крае", вышедшей в 1955 году. Начался подъём целины, но вместо возможной распашки четырёх миллионов гектаров первый секретарь Алтайского крайкома Беляев обязался вспахать семь. Пахали солонцы, на которых росла ранее поедаемая только овцами трава, распахивали голые каменистые степи юга Алтая. Результаты распашки "сверхплановых" площадей привели к пыльным бурям. Борьба за здравый смысл в сельском хозяйстве, начатая Орловским, привела к его травле партийным руководством края, прослушиванию телефонных разговоров, перлюстрации почты, помехам в издании работ, козням против аспирантов, публикациям клеветнических статей в газете "Правда".

Не сдав ни одной из принципиальных позиций, Н. В. Орловский в 1959 году переезжает в Красноярск, где работает в сельскохозяйственном институте (1958-1960 годы) и Институте леса имени В. Н. Сукачева СО АН СССР (1960-1982 годы). В крае велась распашка земель Хакасии, пыльные бури долетали даже до Красноярска. В Минусинской котловине были распаханы десятки тысяч гектаров южных чернозёмов и каштановых почв лёгкого гранулометрического состава. Результатом этой безумной операции явилось резкое усиление дефляции (ветровой эрозии): начали свирепствовать пыльные бури, перенос наиболее плодородного слоя в понижения и так далее. Всё это видел Николай Васильевич уже при первом знакомстве с природными условиями края. Его возмущению не было предела. И это было возмущение специалиста высокого класса, который чётко знал, как уменьшить эту беду. Орловский вступил в борьбу за сохранение почв от дефляции и эрозии. В Красноярском крае отношение к работам отца было другим, чем на Алтае. Меры по защите почв от ветровой эрозии принимались, к советам прислушивались. Результаты глубоких и всесторонних исследований в Красноярском крае были широко использованы, пыльные бури прекратились.

Ко всему, что бы ни делал Николай Васильевич, он относился со знанием дела, вкладывая частицу души, и никогда не пасовал перед трудностями. Он жил, находясь постоянно в движении, "на колёсах", в поисках истины, в научных дискуссиях и спорах. Поэтому к нему, как к маяку, тянулась творческая молодёжь. Замечательный рассказчик, непревзойдённый импровизатор, энциклопедист, пианист, он заражал тогда ещё "зелёную молодёжь" своим энтузиазмом, любовью к природе, готовностью решать сложные научные проблемы в любой экстремальной обстановке и ситуации.

Круг научных интересов Н. В. Орловского был удивительно широк: вопросы травополья в сухих степях, мелиорации солонцов, исследования водного и солевого режимов почв Барабы, проблемы освоения и рационального использования целинных земель, ведения сельского хозяйства в засушливых условиях, борьбы с дефляцией почв, вопросы лесного почвоведения. Его исследования всегда отличала тесная связь с запросами сельскохозяйственного производства.

Творческая жизнь Николая Васильевича Орловского была неимоверно трудна. В силу своей честности и принципиальности он в переломные периоды развития сельскохозяйственной науки оказывался в числе критикуемых и гонимых. Однако он был мужественным человеком и стойко отстаивал истину в науке, никогда не прекращал борьбу с лжеучёными, выдвигающими конъюнктурные псевдонаучные "теории". В итоге истина торжествовала, и правота Н. В. Орловского становилась ясной для всех.

Где бы ни работал Н. В. Орловский, он везде создавал активно работающие, дружные коллективы учёных-единомышленников. У него было чутьё на талантливых учеников, которых он приглашал в аспирантуру, был внимателен к ним, излишне не опекая, всегда помогал им. Не случайно, поэтому Николай Васильевич воспитал целую плеяду известных ныне учёных, работающих во многих научных и учебных учреждениях Сибири. Он был прекрасным педагогом, вложившим много труда в обучение большого числа агрономов.

Отца отличали жизнелюбие и неистребимая работоспособность. Мне вспоминается, как интенсивно он работал и в домашних условиях. Рано утром - подъём. С 9 до 17 часов - работа в институте, после ужина - 1-1,5 часа отдых, затем до 24 часов, а чаще и позже - опять напряжённый труд. В 7 часов утра - уже на ногах. Так он работал постоянно.

Кроме чистой науки, отец уделял большое внимание писательской деятельности. Трудным и многолетним был через тернии цензуры путь его книги о своём учителе - профессоре Алексее Григорьевиче Дояренко - к читателю. О самом профессоре Дояренко писать было можно, но о том, что он был репрессирован - никак нельзя. Пришлось долго лавировать, чтобы и указания цензора соблюсти, и книгу издать. Про годы жизни Дояренко за колючей проволокой пришлось писать эзоповым языком, так, чтобы почвоведы понимали, а другие читатели не задавались вопросом, почему известный учёный уехал в глушь, где создавал клумбу из полевых цветов перед неизвестной конторой.

Помню историю написания гимна почвоведов ("почвенной кантаты"). Отец хотел его опубликовать, и тут начались сложности. К нотному листу со словами:

"Почва - ты кормилица, пелена земная,

Кормишь ты рабочего, кормишь мужика",-справа был подклеен листок с примерно такими замечаниями цензора:

"Рабочий - работающий или на заводе, или в совхозе. Мужик (устаревшее) - такого понятия в современной номенклатуре профессий нет. Заменить".

И таких замечаний было по два - три на страницу. Коллега отца Н. Г. Ведров искал новые слова, не нарушающие общего смысла произведения, цензор опять делал замечания. В конце концов, консенсус был найден, и страницы с нотным текстом опубликованы.

Последние почти 20 лет жизни Н. В. Орловский работал в Институте леса и древесины имени В. Н. Сукачева, где занимался вопросами лесного почвоведения. Им были организованы экспедиционные работы по изучению географии, генезиса и свойств перевеянных песчаных почв, их классификации, стационарной разработке системы агротехнических и агромелиоративных мероприятий, широко используемых в производстве. Осуществлены исследования почв Западного и Восточного Саян, Кузнецкого Алатау, Енисейского кряжа, Приангарья. Вышедший в 1979 году сборник избранных трудов Николая Васильевича "Исследование почв Сибири и Казахстана" подытожил творческий путь учёного.

За свою многолетнюю активную деятельность в области почвоведения Орловский был удостоен золотой медали имени В. В. Докучаева, присуждаемой Академией наук один раз в пять лет одному человеку на планете. В научных кругах среди почвоведов эта медаль ценится наравне с Нобелевской премией, присуждаемой ежегодно в пяти номинациях. Научная активность отца подтверждается трудами: опубликовано более 100 печатных работ, включая 15 монографий.

В последние годы своей жизни Николай Васильевич работал над мемуарами. Он писал: "Я взялся за трудное для себя дело писательства не ради известности и славы, а ради выполнения долга перед своим поколением. Оно прошло по таким трудным путям, которые не имеют, пожалуй, аналогии в далёком прошлом русской интеллигенции". В начале семидесятых годов, после окончания первой части воспоминаний, Н. В. Орловский получил их положительную оценку от Константина Симонова, что придало ему новые силы и способствовало продолжению работы над весьма обширной рукописью.

В январе 1977 года отец последний раз приехал в отпуск на подмосковную дачу в Переделкино. Я был в те дни в Москве в командировке, он позвонил и пригласил меня. В двухэтажном деревянном доме за столом сидели отец и К. М. Симонов, обсуждали какой-то фрагмент будущей книги. Мнения расходились, и я вмешался со своим высказыванием. Симонов молча меня выслушал, полез в портфель, достал оттуда переплетённую книгу без названия на обложке и протянул мне. "Это тебе, парень, только до вечера, заберу обязательно. Читай молча и не вздумай вынести из комнаты",- сказал он. Я открыл - это был "Бодался телёнок с дубом" А. И. Солженицына. Так что я, не слыша их беседы, сидел и быстро читал, затянутый интригой политической борьбы одного человека с могущественным партийно-репрессивным аппаратом целой страны.

На другой день у отца собралась интересная компания - Константин Симонов, Михаил Шолохов, Борис Полевой, Александр Чаковский и другие. Выпили за окончание работы над воспоминаниями. Потом встал с тостом К. М. Симонов и сказал: "Николай Васильевич, книга у вас получилась интересной и поучительной, особенно для молодёжи. Будь моя воля - я бы тираж один миллион назначил - весь бы с гарантией разобрали. Но, запомните, её издадут не ранее, чем через 20 лет. У нас сейчас генералов, маршалов да политиков воспоминания печатают. А вы - сын священника, и церковь чёрной краской не измазали. Да и профессора аграрные не очень в чести, особенно если против ветра плюют. Не обижайтесь - сами увидите. А за книгу давайте выпьем".

Потом Борис Полевой взял лежавшую на столе суперобложку книги с фотографиями руководства союза писателей, на внутренней стороне написал шуточное пожелание, прочитал его и протянул сидящим за столом со словами: "Друзья, ставьте подписи. Верю в профессора Орловского, всё равно он книгу эту издаст. Пусть хвост пистолетом держит".

Надпись Бориса Полевого на обложке фотографий руководства Союза писателей СССР (передана в Красноярский краеведческий музей).

Симонов оказался прав - при жизни издать книгу не удалось. Но 1999 год был объявлен ВАСХНИЛ годом Орловского, и с помощью его верного ученика В. К. Савостьянова, возглавлявшего НИИАП Хакасии, рукопись была передана в издательство СО РАСХН. Но тут грянул дефолт, и отпущенных на издание денег оказалось недостаточно. Савостьянов сумел найти недостающую сумму, книга увидела свет, но все подобранные фотографии не вошли в издание. Четыреста экземпляров разобрали на состоявшемся вскоре съезде почвоведов, остальные взяли друзья, разослал знакомым. Книга стала не просто библиографической редкостью, а "раритетом".

И в 2012 году благодаря помощи ректора КрасГАУ Н. В. Цугленка книгу переиздали в том виде, в каком её хотел видеть отец.

Сейчас, когда мы вступили в новый период истории нашей страны, воспоминания профессора Н. В. Орловского могут оказаться нужными и полезными для молодых учёных, плохо знакомых с трудностями развития отечественной науки. Можно твёрдо сказать, что Николай Орловский, один из наиболее крупных и известных почвоведов Сибири, обеспечил себе одно из самых почётных мест в нашей науке и в нашей памяти. Об этом будет идти речь на юбилейных научных чтениях, посвящённых 115-летию со дня рождения Николая Орловского, которые состоятся 19-20 февраля в Абакане.

На доме, где Н. В. Орловский с Е. С. Кусковой прожили последние десятилетия своей жизни, установлена мемориальная доска.


Сергей ОРЛОВСКИЙ, сын учёного, доцент Красноярского аграрного университета.

Н.В. Орловский с женой Еленой и сыном Сергеем перед защитой докторской диссертации (1948 год)

Фото из семейного альбома.



ТАКЖЕ В НОМЕРЕ:
МОСТ БУДУТ РЕМОНТИРОВАТЬ ЗИМОЙ
Красноярцы подняли тревогу по поводу многочисленных ям и трещин на Коммунальном мосту.

ЧИНОВНИКИ ПЕРЕСТАНУТ МУЧИТЬ ШКОЛЬНИКОВ И ВЫДАДУТ ИМ ПАСПОРТА
Федеральная миграционная служба и Рособрнадзор планируют облегчить школьникам процедуру получения российских паспортов, необходимых им для государственной итоговой аттестации.

ПОВЫШЕНИЕ ЦЕН НА ПРОЕЗД НЕ УДАРИТ ПО ЛЬГОТНИКАМ
Правительство края утвердило новую стоимость оплаты базовых поездок на пассажирские перевозки автомобильным транспортом по социальным транспортным картам.

ИНСПЕКТОР ИЗ НАРОДА
В нашем крае, возможно, появятся общественные экологические инспекторы.

ОГОНЬ ПАРАЛИМПИАДЫ ЗАЖЖЁТСЯ В КРАСНОЯРСКЕ
В четверг, 27 февраля, двадцать факелоносцев впервые пронесут огонь Паралимпиады по улицам Красноярска.

КОРОТКО
Красноярский край вошёл в число пяти регионов, лесопожарные формирования которых в рамках пилотного проекта будут оснащены самыми современными средствами связи, специализированной техникой, инвентарём. Получать новейшее оборудование краевой Лесопожарный центр начнёт уже в этом году.

ПРОЕЗД С ОГРАНИЧЕНИЯМИ
На 15-м километре автомобильной трассы Красноярск - Железногорск в связи с установкой специальной опоры 16-17 февраля будет ограничено движение транспорта.

ВЗРЫВ РЕАЛЬНЫЙ, НАКАЗАНИЕ ПОКА УСЛОВНОЕ
Дивногорский городской суд назначил виновным в техническом взрыве на Красноярской ГЭС условные сроки.










Архив

Гидрометцентр России



Rambler's Top100







© 2000 Красноярский рабочий

in.Form handwork