КАМНИ В ПОЧКАХ
Рассказ

Мой младший брат Иосиф Бахинский родился в нашем прекрасном сибирском городе Абаканске в 1953 году, в день смерти отца всех времён и народов Иосифа Виссарионовича Сталина.

Родители мои в этот исторический день радовались рождению сына и плакали по поводу кончины вождя, так как думали, что он бессмертен, и назвали братика Иосифом, Осей, если по-домашнему.

Жили мы тогда на Стрелке, в стареньком домике, на берегу реки Качи, почти при впадении её в Енисей, неподалёку от дома-усадьбы предка нашего, знаменитого художника Василия Ивановича Сурикова, известного всему миру картинами "Утро стрелецкой казни", "Боярыня Морозова", "Степан Разин", "Взятие снежного городка" и другими замечательными полотнами. Да, семья наша - одна из ветвей Василия Ивановича, это не трудно доказать, стоит только открыть монографию "Жизнь и творчество В. И. Сурикова", написанную членом Союза писателей России Владиславом Ошаниным, моим хорошим товарищем и союзником, посвятившим себя целиком исследованию и изучению личности нашего гениального и трудолюбивого предка.

Ося, всем на удивление и на радость, с годами стал очень походить на прадедушку, от которого, видимо, кроме портретного сходства, генетически унаследовал и талант рисовальщика. Блокнот и карандаш были постоянными его спутниками и в детском садике, и в школе, и в художественном училище.

Людей почему-то Ося не рисовал, игнорировал. А вот воробьи, голуби, вороны, снегири, собаки, волки и медведи, которые тогда ещё встречались на улицах Абаканска, получались у него на бумаге как живые. Причём прорисовывал он их тщательно, до мельчайших подробностей и очень достоверно.

Много дней провёл мой брат в краеведческом музее, где чучел было в изобилии.

И как только ему не лень, удивлялся я, ну, нарисовал, ну, стало одним воробьём или собакой больше, ну и что?

Но знатоки рассуждали иначе.

Талант его был замечен, поощрён - и стал Иосиф Петрович Бахинский главным художником, шишкой на ровном месте, как я шутил, единственного тогда, при застойном социализме, Абаканского книжного издательства.

Общительный, доброжелательный, он сам оформлял книги и другим давал подзаработать. Поэтому слава его быстро распространилась далеко за пределы Абаканской области и, наконец, достигла Америки.

И когда он в 1990 году, на грани экологической и социальной катастрофы в стране, надумал зарисовать всех исчезающих зверей и птиц и занести их в Красную книгу Сибири, пришло ему приглашение из Америки - жить там и работать над книгой в прекрасном американском городе Чикаго, при университете.

Подумал мой брат Иосиф, подумал, всё взвесил, да и согласился. Не век же вековать в старенькой развалюхе на берегу Качи, несущей свои мутные воды в великий, но уже навсегда перегороженный плотиной Енисей.

Родители наши к тому времени уже умерли. Привезли им к какому-то празднику из деревни Торгашино курицу в подарок, и заразились они от неё куриным гриппом, поболели с неделю, помучились, да в один день и отдали Богу душу, царствие им небесное, земля пухом!

В стране уже началась перестройка.

В конце концов тоталитарный коммунистический режим рухнул, СССР развалился, издательство обанкротилось, и остался мой брательник свободным художником, таким же, как и я - без средств к существованию.

Семнадцать лет прожил Ося в Америке. Богатым мэном стал, потому что Красная книга Сибири превратилась постепенно в Красную книгу мира, очень популярную, и множество раз переиздавалась в шикарном полиграфическом исполнении. В неё вошли практически все исчезнувшие и исчезающие представители флоры и фауны.

И стал мой брат звездой первой величины, с мировым именем. Он тебе и профессор, он тебе и почётный академик, и лауреат многих престижных премий.

А на фото посмотришь - ну вылитый американский ковбой! Вот что с человеком делает среда обитания.

Стоит он, рядом жена Мэри и дети-близнецы, мальчик и девочка, под развесистой пальмой, на фоне ранчо - и все улыбаются в объектив счастливой улыбкой.

И всё бы ничего, да стала у него побаливать поясница - звонит, жалуется, что недомогает.

Обследовался он в частной клинике доктора Джонсона, и сказал ему доктор Джонсон:

- Джозеф! У тебя камни в почках, а правая - так вся буквально ими забита и не работает, надо её удалять, а не то, не дай Бог - некроз, омертвение то есть.- И счёт на шесть тысяч долларов за консультацию предъявляет.

- А удаление сколько стоит? - Иосиф интересуется.

- 60 тысяч! - улыбается Джонсон.

"Зачем тебе шестьдесят тысяч платить? - говорю я брату по телефону.- Моя жена тебе бесплатно всё, что надо, сделает. Леночка у меня до сих пор отличный практикующий хирург, доцент, завотделением почечной патологии в областной больнице..."

И прилетел Иосиф в Абаканск через Северный полюс, чартерным рейсом, соглашение о котором подписал ещё генерал-губернатор Лебедь. Царствие ему небесное, земля пухом!

Мгновенно во всех цветных газетах и глянцевых журналах Абаканска появились портреты моего брата, а по всем телевизионным каналам - интервью с ним.

- Скажите, какова цель вашего визита? - корреспонденты спрашивают.

- Цель простая,- брат улыбается.- В этом году моему прадедушке, великому художнику Василию Ивановичу Сурикову, доживи он, исполнилось бы 160 лет! Вот я и прилетел к брату, чтобы в кругу семьи отметить этот юбилей. И ещё, конечно, виновата тоска по родине. Я ведь здесь родился.

Визит моего брата всколыхнул культурную общественность Абаканска.

Все вспомнили про юбилей Сурикова.

Союз художников мгновенно заказал постеры суриковских картин и организовал юбилейную выставку - сразу в трёх залах. Агентство по делам культуры провело в областной библиотеке научную конференцию на тему "Что значит Суриков для Сибири и России?". Союз архитекторов во дворе усадьбы-музея нашего прадеда торжественно открыл новый памятник.

Стоит Василий Иванович - палитра в одной руке, кисть в другой,- устремив взгляд вверх, и о чём-то думает, может, о новой картине, а может, о будущем Сибири или даже, чем чёрт не шутит, о возрождении всей России!

Но всё рано или поздно кончается, всё хорошее - к сожалению, всё плохое - к счастью.

Закончились Суриковские торжества.

Закончилось пребывание моего брата в больнице на обследовании.

И сказала моя жена брату моему:

- Нет у тебя, Иосиф, в почках никаких камней! А то, что поясница побаливала, так это признаки начинающегося панкреатита. Поберечь тебе надо свою поджелудочную железу, поменьше есть там, в изобильной Америке, жирного и копчёного, острого и солёного - и всё будет о'кей!

Удивился Иосиф.

- Как же так? - спрашивает.- А зачем же тогда Джонсон хотел мне почку удалить?

- Наверное, твоя почка кому-то в Штатах нужнее, чем тебе! - смеётся Леночка.

- Ну, вернусь я, покажу этому доктору Джонсону! Он мне не только 6 тысяч вернёт, но ещё и 60 тысяч за причинённый моральный и материальный ущерб приплатит.

И взяли мы на радостях цифровой фотоаппарат, и пошли втроём в музей-усадьбу великого нашего прадеда - на фоне нового памятника сфотографироваться на память.

Идём по улице Ленина, бывшей Благовещенской, подходим, а у калитки, около тополя, видим, стоит группа рабочих, в одинаковых зелёных комбинезонах, и один из них, значит, бензопилой тополь подпиливает, а другие шестами подталкивают его в направлении предполагаемого места падения.

Тополь старинный, в полтора обхвата, сопротивляется.

- Что вы делаете? - закричал мой брат.- Остановитесь! Этому тополю больше ста лет! Его посадил здесь мой прадедушка Суриков!

А рабочие не слышат, пилят и толкают... А бензопила ревёт...

И покачнулся столетний тополь, посаженный на радость жителям Абаканска руками Василия Ивановича. И наклонился тополь, и застонал, и заскрежетал, и рухнул на тротуар, хрустнув поломанными ветвями, как человек суставами.

- Зачем вы это сделали? - спросил я у рабочих. А те отвечают:

- Приказ начальства. Решили они расширить улицу на полтора метра, чтобы автомобилям просторнее было. Проект называется "Дорога в будущее". Вот тополь и оказался на проезжей части.

Только вынул брат мой Ося из кармана фотоаппарат, чтобы в режиме видео заснять поваленный тополь и толпу зевак вокруг, как возникли перед нами, откуда ни возьмись, два человека в одинаковых чёрных длинных пальто.

- Кто разрешил фотографировать? - строго спросил один.- Это исторический объект и охраняется государством.

- Кто вы такие? Предъявите документы! - строго сказал другой.

- Да что вы, ребята,- сказал я,- перед вами писатель Степан Бахинский, это - моя жена, а это - мой брат, кстати, гражданин Соединённых Штатов Америки!

- Американский шпион, значит? - строго спросил один.

- Пройдёмте с нами! - строго сказал другой.- И никакие мы вам не ребята! А вот кто вы такие, выясним в другом месте.

И пошли мы для выяснения наших личностей в сопровождении двух людей в одинаковых длинных чёрных пальто.

И рабочий снова включил бензопилу, и стал срезать хрустящие ветки. А остальные, в одинаковых зелёных комбинезонах, стояли и смотрели нам вслед...

Аминь.

Николай ЕРЁМИН



ТАКЖЕ В НОМЕРЕ:
ПРЕЗИДЕНТ ПОЗДРАВИЛ КРАСНОЯРСКОГО ЧЕМПИОНА
Президент России Владимир Путин поздравил красноярского скелетониста Александра Третьякова с победой на чемпионате мира в Швейцарии.

ГРИПП ПЕРЕСТУПИЛ ПОРОГ
В семи территориях края за последнюю неделю превышен эпидемический порог заболеваемости. Это города Заозёрный, Бородино, Сосновоборск, Берёзовский, Балахтинский и Партизанский районы, посёлок Кедровый.

ПЕРИНАТАЛЬНЫЙ ЦЕНТР ЗАКРЫТ НА ДЕЗИНФЕКЦИЮ
Мероприятие это плановое - поспешили успокоить население в министерстве здравоохранения края. Согласно СанПиН акушерский стационар один раз в год должен закрываться для проведения плановой дезинфекции.

КОРОТКО
По данным cибирских автостраховщиков, в список самых угоняемых в Красноярском крае легковых машин вошли Toyota Camry (почти 12 процентов от общего числа автокраж), Toyota Corolla и Lexus LX570 (8,9 и, соответственно, 8,6 процента).

ПАССАЖИРОВ RED WINGS НЕ БРОСЯТ
Красноярцев с билетами этой несуществующей уже авиакомпании готовы взять на борт S7 и "Аэрофлот".

ЛОШАДИ ИСПУГАЛИСЬ СВИСТА
На съёмках телепрограммы "Играй, гармонь", проходивших на прошлой неделе в Назаровском районе, случился небольшой казус с тройкой лошадей.

РЕЙТИНГ
От суда людского не уйти








Архив

Гидрометцентр России



Rambler's Top100







© 2000 Красноярский рабочий

in.Form handwork