КОМАРИНЫЙ РАЙ
В 70-е, 80-е годы ходила такая история: на центральной улице Ленинграда (Свердловска, Харькова, Москвы, Риги, Новосибирска и т. п.) встречаются два человека, их лица кажутся друг другу знакомыми. Начинаются вопросы-расспросы: в морфлоте служил? Нет. На Даманском был? Нет. Суриково? Суриково!!! И пошли объятия, братание, воспоминания до утра.

Ох уж это Суриково! Крошечная точка в бескрайней сибирской тайге, едва ли отмеченная на какой-либо карте серьёзного масштаба, но как много судеб, историй и поступков сошлись и переплелись в этой точке и оставили то ли занозу в сердце, то ли искорку в душе, но уж точно - отметинку в памяти тех, кто побывал здесь в 60-е годы прошлого столетия и принимал участие в очередной ударной стройке "развитого социализма".

На этот раз страна строила, а точнее - прокладывала железную дорогу Ачинск - Абалаково, и станция Суриково, находившаяся на 102-м километре, была на ней очень важным объектом. Кто именно решил строить станцию в этом сплошном болоте - большой вопрос, но если бы он услышал хоть малую толику посланий в его адрес...

В пяти километрах в любую сторону располагается прекрасная сухая возвышенность. И строить, и жить там наверняка было бы легче, но, возможно, существовали какие-то стратегические интересы, о которых нам знать не дано. Так или иначе, посёлок был возведён в этом комарином раю. Суриково тогдашние жители-строители называли в шутку Комаровкой, что было вполне справедливо.

Суриковские комары заслуживают отдельной строчки: это вам не тот худосочный, бесцветный и невесомый городской комарик, который зудит у вас под ухом и за которым гоняешься полночи, но убить не можешь, потому что он взлетает раньше, чем вы занесёте над ним свою руку. Он напоминает о себе до самого рассвета, пока вы, обессиленный этой изнуряющей и бессмысленной борьбой, не провалитесь в глубокий предутренний сон.

Суриковские комары поодиночке не летают. Эти огромные чёрные, тяжёлые существа перемещаются стаями и высаживаются, глупые, вам на шею без всякого страха. И вы быстренько прихлопываете веткой или рукой сразу всю компанию, но не успеваете обрадоваться победе, как в ту же секунду на вашей шее располагается следующий "десант". И это тоже до рассвета.

Так что молодёжь выходила на прогулку, только хорошо смазав все открытые места "Рипудином" - единственным средством, имеющимся в наличии, резко пахнущим, но всё же спасающим от гнуса.

Но жизнь кипела, первыми в тайгу "врубались" мехколонна и мостостроители, у них была самая современная техника: тяжёлые машины, вездеходы, бронетранспортёры. Да и люди были одеты в меховую спецодежду, выглядели красиво и мужественно, настоящие первопроходцы.

Работа двигалась. И любовь была, да и как ей не быть, ведь сюда по комсомольским путёвкам и по зову сердца съехалась молодёжь со всех концов огромной страны. Партия сказала: "Надо!", комсомол ответил: "Есть!"

Обустройство

Вся территория посёлка была застроена бараками, заселёнными молодыми строителями, причём заселялись они исключительно по территориальному признаку, так и назывались: "ленинградскимии", "свердловскими", "харьковскими", "литовскими" и так далее.

Конечно, жили в этих бараках не одни только комсомольцы, был люд и солидный, да что там говорить - все жили, включая начальство, другого-то жилья не было. А когда начали по одному строить и сдавать "комфортабельные" 16-квартирные "двухэтажки" без каких-либо удобств, то селили в них в первую очередь семьи с детьми, а не начальство.

Наша семья, состоявшая из шести человек, вначале жила просто в товарном вагоне, потом в бараке, но в числе первых получила "двушку" и была безмерно счастлива. Впрочем, самый главный человек в посёлке, этот действительно уважаемый человек - начальник ОВЭ (отделения временной эксплуатации) по фамилии Малериус - жил по соседству точно в такой же квартире вместе с женой и маленькой дочкой Ингой.

Семей с детьми было очень много, уже к 1963 году пришлось срочно строить новую школу, потому что построенная до того не вмещала всех учащихся. То же самое было и с детским садом. Была своя пекарня, там пекли такой хлеб, что его несравнимый ни с чем вкус не забудешь никогда. Открывались магазины, аптека...

По комсомольской путёвке прибыли на стройку из Костромы две выпускницы техникума советской торговли, две детдомовки - Лиля и Аннушка. Стали они заведующими и продавцами в одном лице соответственно хозяйственного и промтоварного магазинов. Симпатичных девчонок сразу заметили холостые строители, и вскоре обе вышли замуж и тоже осели в Сурикове. Всю жизнь они проработали на одном и том же месте, и никогда не было у них ни недостач, ни излишков, ни скандалов, ни недоразумений с покупателями. Не знаю, были ли они награждены когда-нибудь знаком "Отличник советской торговли", но они и есть самые настоящие отличницы своей профессии!

Культура - физкультура

Культурная жизнь была тоже на высочайшем уровне. В посёлке было несколько клубов - в мехколонне, в мостопоезде, центральный да ещё регулярно действующий вагон-клуб! Приезжали московские артисты, наверное, им тоже хотелось романтики, вряд ли в то время за это платили большие деньги. Концерты проходили очень часто, причём после каждого устраивались танцы "со звёздами".

Мы, подростки, конечно, могли наблюдать за этим только из-за забора танцплощадки, но вот моя взрослая сестра, одна из самых красивых девушек в посёлке, вальсировала, например, с актёром Борисом Хмельницким, и не с ним одним.

Без заезжих артистов клуб тоже не пустовал. Бессменная его заведующая Маша Максименко не давала молодёжи скучать: новейшие кинофильмы, бильярд, духовой оркестр и, конечно, художественная самодеятельность. Были и свои знаменитости: Инесса, она пела лирические песни, обладала высоким нежным голосом и соперничала в популярности с другой певицей - Ниной Жарковой. Но куда там Инессе! С таким голосом - сильным, ярким, своеобразным - место Нины было в одном ряду с Людмилой Зыкиной, Ольгой Воронец. Не один раз приглашали её в Москву на конкурсы и даже на работу, но разве могла она уехать, если встретила здесь большую, единственную на всю оставшуюся жизнь любовь?

Ради этой любви огонь-девка пожертвовала не только своей возможной карьерой, оставила она и знаменитые проделки, которыми вместе со своей подругой, бой-бабой Любкой Кандауровой, прославилась на весь посёлок. Вот такая любовь. Да и как было устоять? Николай - красавец, каких поискать, под два метра ростом, косая сажень в плечах, таких мужчин мало, упустишь - не догонишь. Так что радовала Нина своим пением всю жизнь только суриковских жителей. А жаль.

Среди спортсменов несомненным авторитетом считалась тройка футболистов: Антон Науджус, Горинча и Володя Кудинов. Это были кумиры, на их игру приходили смотреть и взрослые, и дети, местный стадион всё лето бушевал футбольными страстями. Антон, кстати, после окончания строительства не уехал в свою родную Литву, а осел здесь, женился, удивляя тем, что его жена носила фамилию Науджувене, а дочки Ласма и Рита - Науджуте. Не оставил он и своё пристрастие - футбол, организовал новую команду из тех, кто остался, и из подросших пацанов, так называемую БЛЗУ - в честь спонсора, хотя такого слова тогда никто не знал.

Тут уж блистали новые "звёзды": Вася Потехин, братья Плынские - Дарек и Стёпа (по именам - Владимир и Виктор - их никто и не звал), братья Канины - Шурик и Лёша, Кагодеевы - этих аж четверо, но в футбол играли только Виктор и Алексей, а ещё Серёга Минченко, Саня Мандриков, Коля Тимофеев, другие. Колесила команда по району и по ближайшим станциям, много играла и много выигрывала.

Преступность и 100 процентов голосующих

Вся поселковая жизнь протекала, конечно, не архаично. Она была организована теми людьми, которые были ответственны за труд, за отдых, за досуг, за здоровье и т. д. Центром и штабом был "постройком", при котором работали профком, партком и комитет комсомола. Каждый в посёлке знал москвича Ивана Дашкина, неугомонного комсорга, его энергия била ключом, словно внутри у него были спрятаны батарейки.

Жизнь главы постройкома Бородаенко состояла из постоянных прилётов и отлётов по маршруту Суриково - Москва, ведь он руководил всем строительством и должен был постоянно всё согласовывать со столицей, поэтому местный аэродром был для него привычней, чем квартира. Кстати, этот маленький бетонированный аэродром долгие годы оставался в полной готовности, всегда был ухоженным. Возможно, он имел какое-то военно-стратегическое значение, ведь вокруг - бескрайняя тайга, в которой можно было спрятать что угодно, вплоть до ракетной установки. Но, конечно, всё это "тайна за семью печатями".

В посёлке же люд был всякий. Это как маленькая Америка - местных жителей, аборигенов из окрестных деревушек было "раз-два и обчёлся", большинство составляли приезжие из больших и малых городов, союзных республик и даже из братской на тот момент Польши. Романтики ехали "за туманом и за запахом тайги", рвачи - "за длинным рублём". Но были и тёмные личности - высланные из столицы мошенники, бывшие преступники. А может, и борцы с режимом, кто знает, про это тогда нельзя было говорить. Шёпотом наши родители говорили, что соседка, тишайшая Васильевна - родственница самого Сталина, но никаких подтверждений этому за много лет не случилось.

Но настоящие преступники здесь всё-таки скрывались, время от времени происходили страшные трагедии, жуткие убийства. Отца моей подружки-одноклассницы 23 февраля 1964 года зарезали возле клубной Доски почёта, прямо во время торжественного вечера. Кому мог помешать безобиднейший и добрейший человек? Говорили, что его проиграли в карты, не его, конечно, а просто первого, кто пройдёт в этом месте. Причём также говорили, что до этого только что пробежала его дочь Галя, бывшая на этом же вечере, но преступник то ли пожалел её, настолько она была юной и красивой, то ли ему что-то помешало.

Так или иначе, следующим по роковой случайности оказался её отец. Четверо детей осиротели. А бедная тётя Аня так до конца дней своих и не оправилась от горя, никогда не видели её смеющейся и беззаботной. Причём добавляло горя и то, что справедливое возмездие так и не наступило, преступника вроде бы нашли, но он оказался сынком высокопоставленного лица и от суда ушёл.

Это всё сказки, что при советской власти все были равны, неравенство между простыми людьми и "сильными мира сего" было, мне кажется, ещё больше и циничней. Ну а вдова Анна Ивановна Юрова выражала свой протест властям тем, что после 1964 года никогда не принимала участия во всенародных голосованиях, чем портила стопроцентный показатель местному избиркому, и не было ни сил, ни слов, которые могли бы её переубедить.

Учительница главная моя

Говорят, что свою первую учительницу помнит каждый. Лично у меня осталось в памяти только имя - Тамара Васильевна, что совсем неудивительно. В первый класс я пошла в одну школу, это был город Карасук Новосибирской области, во второй - в другую, в прославленном ныне передачей "Играй, гармонь" селе Сузун, там мой отец работал машинистом паровоза и строил железную дорогу к городу с красивым названием Камень-на-Оби.

Удивительно лёгким на подъём было всё-таки поколение наших отцов: имея на руках большие семьи, они по первому призыву Родины (или приказу?) снимались с места и ехали в любой уголок необъятной страны. Все дети в нашей семье родились в разных местах: старшая сестра - в Иркутской области, братья - в Казахстане, там родители помогали стране осваивать целину, ну а я и вовсе на Волге, как с гордостью говорил отец, на Жигулёвском море, там тоже что-то ударно строилось.

Так что к третьему классу суриковская школа была для меня уже и третьей по счёту. Новая, только что построенная, она и стала для нас, ребятни, родной, по сути - вторым домом. Тянуло нас сюда и во внеурочное время, ведь здесь было так интересно. У старшеклассников были серьёзные дела, они ходили в походы, активно участвовали в делах стройки, работая в авторемонтных мастерских, на подхвате у штукатуров-маляров, создавали комсомольские бригады и т. д. Однажды одна энтузиастка насмешила полшколы, написав в производственном дневнике такой отчёт: "15 апреля 1964 года работали в гараже, ремонтировали задний мост у Планкина" (фамилия шофёра).

У нас же был драмкружок, сплотивший 50-60 мальчишек и девчонок пионерского возраста. Мы ставили спектакли, иногда по 2-3 сразу, ведь участников много, всем хотелось играть. Но даже те, кто не был занят в постановке, всё равно обязательно присутствовали. Так что на репетициях был полный зал активно участвующих в процессе зрителей, стоял шум, гам и смех.

С этими спектаклями, концертами мы пешком обходили окрестные деревни, а один раз даже летали на самолёте в райцентр на смотр художественной самодеятельности. С замиранием сердца на том самом стратегическом лесном аэродроме очередная партия "артистов" устраивалась в "кукурузнике" и через 15 минут оказывалась в Бириллюсах. После выступления тем же путём - обратно. Восторгу нашему не было предела!

И ещё раз мы летали на самолёте, это уже в Красноярск, там и самолёт был посерьёзней, кажется, Як. За хорошую учёбу группу детей поощрили экскурсией в краевой центр. Было всё - цирк, музей, ТЮЗ, катание по Енисею на "Ракете" и, конечно, Красноярская ГЭС! Это зрелище не для слабонервных, завораживающая мощь воды ошеломляла и пугала, оттуда хотелось скорей уйти.

И везде с нами была наша любимая Идея Николаевна, преподаватель русского языка и литературы, классный руководитель и, конечно, главреж художественной самодеятельности. Мы обожали её, она чем-то была похожа на актрису Наталью Фатееву, но нам казалась намного красивей. Не знаю, где черпала силы эта хрупкая, утончённая женщина, к тому же одна воспитывающая двоих детей, но всегда и везде она была с нами, заряжала нас своей энергией. Никогда не повышала голоса, даже не командовала, но слушались все её беспрекословно. Мы просто боялись её огорчить.

Взять хотя бы наши поездки в Ачинск (это уже поездом) - в драмтеатр, музей. Одна на полсотни ребятишек, в чужом городе, она как-то незаметно и умело управляла нами, и ничего плохого не случалось. Родители всецело доверяли ей.

С Ачинском же связана одна интересная история. Наш 6 "А" класс весь год собирал посылку детям Вьетнама, там шла война, и мы не могли оставаться в стороне, так нас воспитывали. Так вот, по 10-20 копеек мы копили деньги всем классом, а когда набралась какая-то сумма, купили книжки, игрушки, шоколад, печенье и упаковали всё это в огромную посылку. На местной почте её не приняли, пришлось везти в Ачинск, но и там нас ждал отказ, не знаю, по какой причине. Эту огромную посылку мы привезли назад, с поезда кое-как дотащили до ближе всех живущего одноклассника Митьки и стали думать, что с ней делать дальше.

Ну а пока думали, время шло, наступили каникулы, и когда всё-таки пришли за ней, посылка оказалась пуста. Может, это и правильно: чем помогать каким-то вьетнамцам, лучше помочь многодетной семье Отрубянниковых. Тем более что они никакие не пьяницы, отец работал машинистом, мать вела хозяйство, и шестерых детей прокормить не так-то легко, так что эти сладости были им совсем не лишними.

Обо всей этой истории мы быстро забыли, так как другие дела и занятия ждали нас, а вскоре и стройка закончилась, участок железной дороги Ачинск - Абалаково был сдан в эксплуатацию МПС. Строительные организации, так называемые СМП, забрали оборудование, машины, основную часть людей и поехали на другие ударные точки. Одни попали в Кошурниково, другие - в Кия-Шалтырь, третьи - в город Бабушкин, что на Байкале, а кто-то и вовсе на Дальний Восток, в посёлок Манзовку. Вот такая обширная география.

Уехала и наша Идея Николаевна, долгое время мы переписывались, но потом связь прервалась, и всё же какие-то сведения до нас доходили. Знаю, что сын её, мой одноклассник Лёшка, с лёгкостью окончил физмат, одним из первых начал заниматься компьютерными технологиями, а ныне он - известный в крае писатель и общественный деятель Алексей Андреевич Бабий. Кто бы сомневался, ведь ещё в школе мы считали его гением, он отлично успевал по всем предметам, писал юмористические заметки в школьную стенгазету, хорошо пел, ещё лучше рисовал, но, конечно, никто ему никаких дифирамбов не распевал, как не выделяла его и сама Идея Николаевна. Он был одним из нас, просто жизнь всё расставила по своим местам.

В одну из очередных встреч с кем-то из одноклассников узнали, что нашей Идеи Николаевны больше нет. Увы, время неумолимо, но много теперь уже очень взрослых людей будут помнить её, грустить и одновременно радоваться тому, что на их пути встретился такой человек, учитель, наставник, так хорошо понимающий детей и, несомненно, любящий их.

"Узбекский десант"

А это неожиданное событие приключилось с жителями посёлка в 1972 году, когда уже разъехались комсомольцы-добровольцы и были снесены бараки, в которых они проживали. Постепенно всё стало запускаться и хиреть, как вдруг местное болото, в прямом и переносном смысле начавшее затягиваться тиной, всколыхнул приезд сотни студентов мужского пола - посланцев солнечного Узбекистана! Поселили их на всё лето в единственном уцелевшем общежитии, которое называли "клоповником", ну и, конечно, дали работу - ремонтировать подъездные железнодорожные пути к соседнему леспромхозу.

В свободное время студенты варили плов, удивлялись нашей бедности, ходили в клуб на танцы и общались с местными красавицами. Впрочем, про красавиц - это я зря, шанс был у любой, даже самой неказистой девчонки, было бы желание, ведь студентов-то аж сто человек! Всем хватит и ещё останется.

Так что всё лето любовь цвела махровым цветом. Но вот что удивительно, так это то, что после отъезда узбеков в Андижан ни одна девчонка не уехала вслед за "раскосым джигитом" и не появилось в посёлке ни одного плода русско-узбекской дружбы. То ли любовь у всех была чисто платонической, то ли тогда братья-узбеки соблюдали заповеди ислама и не оставляли своих детей без отцов, не разбрасывали их по белу свету. Зато сейчас в наших детских садах полно Асланов, Рафиков, Гаянэ и Гюзелей, нравы изменились.

А про "узбекский десант" ещё долго вспоминали в посёлке с шутками и прибаутками.

Полвека спустя

Теперь, по прошествии пятидесяти с лишним лет, ничто в посёлке не напоминает о былой кипучей ударно-комсомольской жизни. Давно высохли и заросли земляникой котлованы, из которых брали грунт для отсыпки железной дороги и которые раньше служили молодёжи ещё и пляжем, ведь до ближайшей речки Кемчуг больше шести километров. Отчаянные смельчаки открывали купальный сезон уже в мае.

Снесены строения, сгорел клуб, на месте деревянной школы построена кирпичная. Но осталась аллея из деревьев, их мы высаживали по периметру здания на ленинских субботниках. Главная улица по-прежнему называется Строительной, и живут в посёлке те, кто стоял у его истоков: Гвоздевы, Прусевичи, Чекрыгины, Вера Филипповна Тихонова, баба Маня Маштакова и другие. Это из старого поколения, а уж детей первых строителей, которые теперь уже тоже пенсионеры, и того больше: Хобяковы, Морозовы, Бурень, Гаевы, Юровы, Плынские, Бохмат - всех просто не перечислить.

Трудно живётся в посёлке, плохая экология, безработица и пьянство делают своё дело, но и сейчас многие люди в тех же самых условиях живут достойно, растят детей, нянчат внуков. Жизнь продолжается.

Заранее хочу извиниться, если в своих заметках обидела кого-то неосторожным словом или где-то допустила неточность, что-то перепутала, ведь это не "исторические хроники", это мой личный взгляд, и он во многом из детства. А Суриково для меня было и остаётся той самой зарубинкой в сердце, которая со мной навсегда.


Лидия МИНЧЕНКО. Нижнеудинск Иркутской области.

На снимках: Старшеклассники Женя Морозов, Нина Кудрявцева, Лариса Токмашова, Люда Уздемир. Футбольные кумиры (справа налево): Горинча, вратарь Володя Кудинов, Антон Науджус и капитан команды (фамилия неизвестна). Торжественный сбор пионерской дружины 19 мая 1966 года. Вокальная группа под руководством А. Т. Коваленко.

Фото из архива автора.



ТАКЖЕ В НОМЕРЕ:
ПОМНИМ И ГОРДИМСЯ
В Норильске стартовала патриотическая акция "Георгиевская лента" под лозунгом "Повяжи, если помнишь!".

ЧЕЛОВЕК НЕ ТАК СИЛЁН, ХОТЯ МОЖЕТ МНОГОЕ...
Губернатор Лев Кузнецов встретился с ликвидаторами аварии на Чернобыльской АЭС.

"КРОВНОЕ" ДЕЛО
Завтра проезжающим через центр Красноярска водителям-нарушителям ПДД будет предложено сдать кровь.

РЕМОНТ, КОТОРОМУ НЕ ВИДНО КОНЦА
По данным Красноярскстата, в 2010 году общие затраты на капитальный ремонт жилых домов сократились в регионе по сравнению с 2009 годом более чем в 2 раза и составили почти 1,5 миллиарда рублей.

КАК БОРОЛИСЬ СИБИРСКИЕ МЕДВЕЖАТА
Краевой турнир с забавным названием "Сибирский медвежонок" провёл спортивный клуб "Полярная звезда" специально для новичков по каратэ киокусинкай.

С МИНИСТРОМ ПОЗНАКОМИЛСЯ, НО НЕ С ПОДЧИНЁННЫМИ
В понедельник главному полицейскому края Вадиму Антонову удалось встретиться с главой МВД России Рашидом Нургалиевым.

ПЕРВАЯ ПОБЕДА "ЕНИСЕЯ"
Футбольный "Енисей" на своём поле взял первые 3 очка в этом сезоне - повержена грозная "Мордовия" (2:0) - один из лидеров нынешнего чемпионата.

ВЕСНА ТОРОПИТ
На юге края засеяно уже четыре тысячи гектаров.

БЕГ НА МЕСТЕ
Индекс промышленного производства в Красноярском крае по итогам I квартала 2011 года составил 98,9 процента от показателей января-марта 2010 года, сообщает Красноярскстат.

РЕЙТИНГ
Страсти человеческие








Архив

Гидрометцентр России



Rambler's Top100







© 2000 Красноярский рабочий

in.Form handwork