Казалось бы, что может быть общего между доктором исторических наук, профессором Красноярского аграрного университета - и знаменитым писателем, проживающим в далёком немецком городе Любеке? Тем не менее Ирина Петровна утверждает, что полюбила Гюнтера Грасса "с первого взгляда, вернее - с первой строчки". А совсем недавно ей посчастливилось самой побывать в Германии, где она встречалась с любимым писателем. Но прежде чем рассказать об этих встречах, напомним нашим читателям (в порядке ликбеза), кто же такой Гюнтер Грасс.

Родился будущий классик в октябре 1927 года в вольном городе Данциге (ныне Гданьск, Польша), в 15 лет был призван на военную службу, после окончания войны до 1946 года пробыл в американском плену. Потом учился скульптуре и живописи, писал рассказы, стихи и пьесы. В 1959 году вышел его роман "Жестяной барабан", принёсший писателю мировую известность. Другие книги: "Кошка и мышь", "Собачьи годы", "Под местным наркозом", "Моё столетие", "Траектория краба", "Луковица памяти", "Фотокамера". С 1982 года Грасс - член социал-демократической партии. В 1990 году резко высказывался против воссоединения двух Германий, так как считал, что объединённая Германия может возродиться как агрессивное государство. В 1999 году был удостоен Нобелевской премии.

В 2006 году вокруг имени Грасса разразился скандал - после того как он признался (с многолетним запозданием) в том, что в апреле 1945 года, в возрасте 17 лет, состоял в рядах Ваффен-СС. Писатель заявил, что во время той недолгой (не больше месяца) службы он не сделал ни единого выстрела. Тем не менее пресса шумела...

А теперь вернёмся к рассказу Ирины Павловой о её долгом "романе" с немецким писателем:

- Впервые я познакомилась с прозой Грасса в 1998 году, за год до вручения ему Нобелевской премии. Это был знаменитый роман "Жестяной барабан". Потом стала доставать и читать все его произведения, всё, что можно было узнать о нём самом. Кстати, в нашей краевой библиотеке есть его книги, а в отделе иностранной литературы есть прекрасный альбом Грасса-художника. Нынче в марте там пройдёт вечер, посвящённый его творчеству.

- А как состоялась ваша личная встреча?

- Благодаря Интернету, где я увидела адрес клуба друзей и любителей Грасса. Написала им, что хочу стать членом этого клуба. И тут выплыл печальный и трогательный семейный сюжет, связанный с моим дедом. Как выяснилось недавно, он погиб в апреле 1945 года и похоронен недалеко от Данцига (Гданьска) - города, описанного в "Жестяном барабане". Представьте мои переживания! Я просто плакала... С одной стороны, я сочувствовала героям романа, которым пришлось пережить приход советской армии, но, с другой стороны, я, конечно, была на стороне своего деда. Я ведь советская девочка - и всегда была на стороне нашей армии!

И вот я написала обо всём этом в клуб друзей Грасса в Любек. Немцы очень заинтересовались этой историей и попросили меня дать интервью по телефону для немецкого Северного радио. Я свободно говорю по-немецки и охотно согласилась. Эта передача была услышана многими и получила большой резонанс. Потом мне прислали книгу Грасса с его автографом, а вскоре я получила письменное приглашение от Немецко-русского форума. Они сами признались, что впервые пригласили "простого человека", так как были удивлены и обрадованы, что в далёкой Сибири есть люди, интересующиеся немецкой культурой!

- И где вы впервые встретились с Грассом?

- В гостинице в Любеке, на первом этаже, где проходило очередное собрание писательского кружка "Любекские литературные встречи", основанного в 2005 году самим Грассом. И вот он подходит ко мне, здоровается, спрашивает, что я буду пить. Говорю: "Я не пью, потому что я русская", - эта моя шутка в Германии стала уже коронной. Грасс и другие писатели мою шутку оценили. Потом кто-то спросил, откуда у меня такой интерес к немецкой литературе. Я им сказала, что мой отец - известный учёный-химик, профессор, он с детства читал мне немецкие стихи, и про дедушку им рассказала. Потом мы долго беседовали с Грассом о жизни, о его книгах.

- Шла ли речь о войне?

- Конечно. Мне запомнилось, как он сказал о своём романе "Траектория краба", что хотел в этой книге быть предельно объективным в описании трагедии войны. Грасс не осуждал командира советской подводной лодки Маринеско, потопившего немецкое судно с гражданскими пассажирами, но и не мог воспринимать его как героя. Мне понятен и близок его подход. Я тоже считаю, что война - это общая трагедия. А вообще, беседуя с ним и другими немцами, я ещё раз убедилась, что их очень гнетёт комплекс побеждённых. Для них это слишком болезненная тема, они даже не понимают шуток, связанных с Гитлером или Сталиным. Например, я привезла немецкой подруге на свадьбу грузинское вино - и в шутку говорю: "Любимое вино товарища Сталина!" И сразу улыбки со всех лиц исчезли...

- Чем ещё интересен вам Гюнтер Грасс?

- У него очень богатый язык. А ещё нельзя забывать, что он не только писатель, но и художник, скульптор. Он сам иллюстрирует свои книги, он же отличный рисовальщик! Увлекается и фотографией, не случайно последняя его повесть называется "Фотокамера". А как внимательно и бережно он относится к молодым писателям! Меня в Любеке пригласили на чтения, в которых участвовали и молодые, так я была поражена - какие умные замечания делал Грасс... А потом нас с ним вдвоём пригласили на пресс-конференцию. Для меня это был такой стресс! А потом - на немецкое радио. А потом - на встречу с читателями. Грасс читал там свои ранние стихи. А когда всё это закончилось, мы пошли с ним вместе ужинать - и три часа разговаривали.

- О чём, если не секрет?

- Помню, я его приглашала: "Приезжайте в Сибирь!" А он отшучивался: "Я уже невыездной". Говорили о немецкой истории, о второй мировой войне, о том, что многие бомбардировки немецких городов союзниками были скорее актом возмездия, чем вызваны военной необходимостью. По-моему, это было просто варварство! А ведь немцы молчат об этом... Другая тема - национал-социализм, необходимость серьёзного анализа этого периода. А то получается дырка в истории!

- Представляю, какой интересной могла бы оказаться встреча Гюнтера Грасса и нашего писателя-фронтовика Виктора Петровича Астафьева...

- Да, это было бы очень интересно. Хотя Грасс, можно сказать, и не воевал, он же принял участие в боевых действиях только в конце войны, в апреле 1945-го...

- В своих беседах с ним вы не затрагивали тему его службы в войсках СС?

- Таких вопросов я не задавала из деликатности. Как я могу его осуждать? Когда мне было десять лет, я любила Ленина. Сейчас я как историк оцениваю всё по-другому и Ленина не люблю, но и других не осуждаю. А Грассу тогда было всего 17 лет, и он пошёл защищать своё отечество. Прослужил всего один месяц, никого не убил. Мне обидно, что в немецкой прессе так гнобили талантливого человека! Для меня же Грасс от этого не стал меньше.

- Мне кажется, скандальная шумиха в прессе только усилила его популярность...

- Конечно! И Грасс остаётся в Германии писателем номер один.

- Не только в Германии... А каков у него круг чтения?

- Он говорил мне, что в последнее время перечитывал рассказы Мопассана, а ещё назвал книгу "Война Ивана" - о войне с Советским Союзом с точки зрения простого солдата. Грасс знает много языков, но русского языка не знает. Говорил, что был в России два раза, на интересных встречах с русскими писателями.

- А я слышал, что на одной из таких встреч Грасс выступил с резким осуждением войны в Чечне, из-за чего даже поссорился с Василием Аксёновым, который, несмотря на весь свой космополитизм, проявил себя в данном случае патриотом...

- О Чечне мы не говорили. А вот о Восточной и Западной Германии Грасс сказал, что очень тяжело переживал это разделение. В каком-то смысле он оказался посередине между двумя Германиями. Он же был и остаётся социал-демократом и поэтому всегда с интересом следил за тем, что происходит на Востоке, встречался с Анной Зегерс и другими восточногерманскими писателями, пытался отстаивать постулат, что немецкая культура едина. Могут быть два государства, а культура - едина. И когда происходило объединение Германии, он предостерегал, что нельзя это делать так скоро. Процесс должен быть постепенным, иначе может возникнуть сложная, болезненная ситуация в бывшей ГДР... Что вскоре и произошло! Ведь у многих восточных немцев за долгие годы сложился совсем другой менталитет. Так что подход Грасса кажется мне более человеческим.

- Кстати, этой же теме посвящён талантливый немецкий фильм "Гуд бай, Ленин!" Значит, Грасс не боится идти против течения?

- Не случайно документальный фильм о нём называется "Неудобный"... Его многие не любят и в бывшей ГДР, и в ФРГ - потому что он всегда старался наводить мосты! Потому что он... он живой человек! Глаза - живые, внимательные. А ведь уже немолодой. У него обо всём есть своё мнение - и мне это очень нравится. А после Нобелевской премии он стал чувствовать себя совсем независимым. Но и до этого он всегда таким был! Он не из тех писателей, кто только сидит за столом и бесстрастно наблюдает... Он смотрит открытыми глазами на мир в целом.

- Но при этом он остаётся членом партии...

- Да, он всегда говорит, что он - социал-демократ. Он по-прежнему убеждён, что Германия должна оставаться социальным государством, защищающим интересы простых граждан. Не случайно он близок с Вилли Брандтом, даже их дома стоят рядом. Два нобелевских лауреата, два друга. Он выступал на избирательных кампаниях вместе с Брандтом, хотя иногда его и критикует. Гюнтер Грасс - не официальный человек, но его слово очень важно, к нему все прислушиваются. Мне кажется, таким и должен быть настоящий большой писатель.

***

"В ужасе мы наблюдаем, что капитализм, с тех пор как его брат социализм объявлен мёртвым, страдает манией величия..."

Гюнтер ГРАСС (Из нобелевской речи).