Экспонаты собирали зэки

Именно тогда, в 1939-м по распоряжению начальника Норильского комбината Авраамия Завенягина музей и был основан. Но в годы войны по понятным причинам его развитие было приостановлено вплоть до 1947 года. Первая экспозиция разместилась в подвальном помещении барака. В ней были представлены коллекции геологов, палеонтологов, ботаников и других учёных, которые отбывали срок в Норильлаге. В 1960 году музей переехал в новое здание и стал частью Дома техники. С этого момента начались не самые лучшие эпизоды в его жизни, так как в 1964-м музей лишился многих сотрудников, а в 1965-м его вообще закрыли. В результате учреждение потеряло большую часть ценных экспонатов, вернуть которые так и не удалось. С 1971 года музей снова открыли, но уже в статусе музея трудовой славы, которые тогда насаждались поголовно во всех советских городах. В 1989 году он перешёл в статус государственного, и в связи с развитием в это время перестройки в нём активизировалась работа по изучению подлинной истории Норильлага и комбината. Это привело к созданию комитета по увековечению памяти жертв сталинских репрессий и организации "Мемориал". Сейчас музей находится на главной улице города - на Ленинском проспекте, в здании бывшего кинотеатра имени Ленина.

Вот он, этот музей. Белые колонны, жёлтые стены, лепнина с советской символикой. Напротив него через дорогу Дворец культуры, кинотеатр "Родина" и Детская спортивная школа. Вправо пошла дорога на центральное здание Норильского комбината, а влево - на мэрию и драматический театр. Рядом с музеем небольшая аллея, на ней установлен памятник узникам лагеря в виде переплетающихся рук на чёрном мраморе. А позади здания стоит бревенчатый дом Николая Урванцева - полярного исследователя, который первым обнаружил на Таймыре залежи медно-никелевых руд.

- Это уже третье здание музея, - рассказывает научный сотрудник отдела культурно-образовательной работы Елена Апряшкина. - Раньше здесь размещался кинотеатр, и он был самым лучшим в городе, в него выстраивались длиннющие очереди, достигающие сотни метров. Тяга к культуре всегда была присуща Норильску. Потому что здесь, в лагерях, сидел весь цвет российской интеллигенции.

Парковые скульптуры, скамеечки и цветочные вазы на фоне фотографий летнего Норильска 50-х годов - это фойе музея. До этих экспонатов можно дотронуться рукой. Прогуливающиеся пары возле фонтанов, улыбки рабочих, цветущая зелень - просто идиллия! Такой город был в хрущёвские времена. А вот на этих фотографиях Ленинский проспект с советскими автобусами, подъезжающими к остановке.

Многие дома Норильска охраняются как исторические памятники. Они были построены в эпоху ГУЛАГа, причём не на сваях, а на фундаменте: тогда иного метода строительства не существовало. Соответственно в условиях вечной мерзлоты трудоёмкость работ значительно возрастала, ведь чтобы уложить фундамент, приходилось рыть котлован до самой скалы. А делать это было не так-то просто. Землю необходимо было прогревать, потому что от мерзлоты кайло отскакивало. Когда строили малый металлургический завод, на рытьё котлована работало около 7 тысяч заключённых. Тогда и была введена должность костровщика, который разжигал огонь на земле и поддерживал его.

- Первые дома - одноэтажные и двухэтажные были построены на ленточном фундаменте, - рассказывает Елена Апряшкина. - Строительство началось при Завенягине, когда его назначили начальником комбината и ГУЛАГа. Именно он решил построить здесь город с домами, школами, детскими садами и больницами. Таким образом, он отверг вахтовый метод, традиционный для севера, предвидя, что со временем лагеря не будет, а добывать руду кому-то придётся.

С началом войны Норильск становится городом стратегической важности. Его называют никелевым щитом Родины. С 40-х годов по этой же причине начинает развиваться авиация. В первую очередь, конечно, грузовая. До Красноярска никель доставляли самолётом, а дальше уже по железной дороге на оборонные заводы. Но Алыкель - это не первый аэропорт города. Сначала самолёты вообще приземлялись на озере Долгом, которое ныне соединяет "старый" и "новый" город. Позже появился аэропорт Надежда - место, где находится современное металлургическое предприятие, и уже затем появился Алыкель. Вместе с его появлением изменился и въезд в город - раньше он был с площади Октябрьская, где установлен памятник Ленину, а сейчас со стороны аэропорта.

Когда-то Таймыр был под морем

Под витриной лежат разноцветные минералы, каменные оттиски растений и животных, какие-то стебельки и травки. У каждого предмета свой номер, а рядом на бумаге его описание. Наша экскурсия по музею началась с экспозиции по первому этажу, где представлены первые свидетельства жизни на Таймыре.

- Насколько здесь всё интересно, что трудно выразить, - делится Елена Апряшкина. - Я, пока не устроилась музейным работником, и подумать не могла, что по сути мы с вами ходим по морскому дну. Когда-то Таймыр был просто морем. Затем оно начало мелеть и ушло. В результате этого здесь образовалась покрытая болотами долина, возникли субтропические леса. Впоследствии они дали залежи Норильского и Кайерканского месторождения угля. А активная вулканическая деятельность дала медно-никелевые залежи. Она также вызвала резкий подъём твёрдых поверхностей, в силу которого образовались радиальные трещиноватости. Эти разрывы быстро освоились реками, ледники расширились, и появились речные долины. В результате здесь образовалось много озёр и водопадов.

А вот и фрагменты мамонта. Зубы, бивни, часть позвоночника. На них мелкие трещинки и дырочки.

- Первые млекопитающие появились здесь около двух миллионов лет назад, - рассказывает Елена Анатольевна. - Причём все они были шерстистые. Вам, конечно, известно это животное, а вот знаете ли вы, что у мамонта было всего шесть зубов, и росли они не снизу вверх, а сзади вперёд? То есть как бы под углом. Традиционно мамонта сравнивают со слоном, но надо сказать, что он коренастее слона: весом гораздо больше, а в высоту ниже. И у него были очень маленькие ушки и короткий хвост. Рядом представлен шерстистый носорог - это тоже уникальное животное. В дудинкинском музее он воссоздан в натуральную величину, у нас же есть только на картине.

Панорама лесистых гор у берега моря, порхающие бабочки и цветущие маки. Картина Африки, что ли? Не верится не только в то, что это было в истории Таймыра, но и в то, что это есть и сейчас. Только летом.

- Гостям Норильска кажется, что на севере гольный лёд, - продолжает Елена Апряшкина. - Но стоит провести здесь всего лишь одно лето, как эти представления развеются. Летом растительный и животный мир на Таймыре оживает. Здесь обитает множество уникальных птиц, насекомых, растений, занесённых в Красную книгу. Например, орлан-белохвост, бабочки махаон и аполлон или путоранский снежный баран. Гордостью Таймыра является плато Путорана. С эвенкийского это слово означает "горы без вершин" или "страна озёр и водопадов". Это одно из уникальных и красивейших мест на земле. Здесь встречается зона тайги, лесотундры и горной местности - красота неописуемая. Озеро Лама, расположенное здесь, уникально не только тем, что по объёмам пресной воды занимает второе место после Байкала, но тем, что его воду можно пить без каких-либо последствий для организма. Вода абсолютно чистая. Мне приходилось её пробовать.

Белый медведь лапой прижимает нерпу и готовится позавтракать. В двух метрах от него затаился песец, ждёт, что кусочек мяса достанется после ухода мишки и ему. Издыхающая нерпа закатывает глаза. Эта экспозиция из чучел животных представляет сцену охоты.

- Белый медведь у нас распространён, но водится намного севернее Норильска, - говорит Елена Анатольевна. - В данном случае представлена не самая крупная особь. Взрослый самец достигает полутора тонн, и он бы не уместился в эту диораму. Белый медведь - очень агрессивное животное. Особенно самка. Потомство у них появляется не летом, а зимой. И чтобы медвежонок не погиб, мать кладёт его на лапу и согревает своим дыханием в берлоге. Не дай бог, чтобы кто-нибудь оказался в этот момент поблизости - разорвёт на части. А слышит медведица в радиусе шести километров. Ещё одна особенность белых медведей: у них жир всегда как бы на раскалённой сковороде - в полурасплавленном состоянии. Учёные до сих пор не могут дать этому объяснение. Убить медведя очень сложно. А клятва, данная на его голове, у коренных жителей считается священной.

Но росомаху, чучело которой вы видите в следующей экспозиции, убить ещё труднее. О ней говорят так: сила бурого, а голова лисицы и волка, вместе взятых. Это очень хитрое животное. Охотится она всегда, нападая сзади. За жертвой может идти десятки километров, пока та не выдохнется. И ей совершенно безразлично, кто это - лось, марал, взрослый олень. Сначала выедает внутренности, затем живёт в этой туше несколько дней, а потом тащит её на себе. Все части туши щёлкает как орешки - какое возникает давление при сжатии челюстей, можете сами себе представить. Если пометит жилище, то избавиться от запаха нереально, проще избавиться от жилища. У неё уникальный мех, который никогда не оледеневает. Коренные жители шьют трусы из меха росомахи - ворс легко очищается от грязи и служит довольно долго.

Бисер ценою в серебро

А вот мы подошли и к человеку. Манекен коренного жителя в праздничном наряде, юрта два метра высотой и гружённые бытовыми предметами нарты. Пепелище костра, полярная ночь и стадо оленей вдалеке. Это экспозиция аборигенной культуры.

- Культура коренных жителей безраздельно связана с оленеводством, - рассказывает Елена Анатольевна. - Чем больше оленей, тем человек считался богаче и знатнее. "Олигарх" имел 10-12 тысяч оленей. Статус можно было определить по украшениям на одежде или упряжи на оленях. Высоко ценился бисер. Когда-то за 20 стеклянных голубых бус отдавали слиток серебра. Поэтому чем больше было бисера на одежде, тем состоятельней считался человек. Кроме того, богатый оленевод мог иметь от одной до четырёх жён. При этом возрастной ценз никак не соблюдался: мужу могло быть за 60, а девушке 13-14 лет. Брачный возраст определяло умение развести огонь и поддерживать его. Что касается нарт, то у богатого оленевода они украшались резьбой. Нарты делятся на легковые мужские, легковые женские и транспортные. Делаются нарты без единого гвоздя с помощью деревянных шипов. Традиционно запрягают в них трёх оленей, но количество может доходить и до шести. Погоняют оленей хореем - специальной длинной палкой.

Часы странной формы, старинные записи, геодезические приборы, очки, компас, икона Николая Угодника - это предметы первопроходцев Таймыра. Они тоже бережно и с глубоким почтением хранятся под стеклянной витриной в музее.

- Вот эти солнечные часы аугсбургской системы, - рассказывает Елена Апряшкина. - Они были обнаружены в 50-х годах во время строительства комбината "Надежда". Их сфотографировали, сделали запрос, и пришло подтверждение, что они аугсбургские. Сразу возник вопрос - откуда они появились? Историки предполагают, что их происхождение восходит к Великой северной экспедиции, которой руководил Беринг. Отряд Челюскина шёл санным путём как раз через норильское зимовье и, вполне возможно, на одной из остановок случайно их обронил.

Что касается иконы Николая Угодника, то русские мореплаватели всегда брали её с собой. Она также высоко почитаема у долган. С XIX века эта достаточно молодая народность официально является православной. У них произошла очень интересная ассимиляция с казаками. Часто можно встретить долган с синими глазами и сине-чёрным волосом, так же как с карими глазами и русыми волосами. Их модель национального костюма напоминает одежду казаков.

Когда я знакомился с экспонатами музея, то мысленно переносился во времени и ощущал ту или иную веху в истории Таймыра. Вот, например, я в юрте у нганасан, а вот смотрю, как сквозь пургу за гору удаляется семейство мамонтов. Здесь за одним столом сижу с Николаем Урванцевым и изучаю геологическую карту, а здесь бегаю за бабочкой махаоном в путоранском заповеднике. История Таймыра действительно интересна и уникальна. Прикосновение к ней оставляет неизгладимое впечатление, так что начинаешь влюбляться в север и гордиться тем, что ты побывал там и почувствовал малую толику его жизни.