У моей бабушки было 19 детей, к революции осталось только восемь - медицинской помощи никогда не было, пользовались только услугами знахарок. Выживали за счёт природных богатств. Добывали рыбу, пушнину, возили в Енисейск для продажи и обмена. Так рассказывал мой дед. До Енисейска тащили "илимку" (небольшая баржа), бредя по берегу, как бурлаки. А от Маркого до Енисейска 1500 км. За дорогу изнашивали по 13 пар лаптей. В Енисейске торговались с купцами, набирали продуктов, промтоваров и - обратно самосплавом до дому.

В 1917 году сбросили кандалы царского режима, установили советскую власть. Организовали коллективные хозяйства. Началось движение по Енисею. Народ Сибири обрёл право на лучшую жизнь. Власть взяла на себя развитие социальной сферы: открывались школы, детские сады, интернаты, медпункты, магазины, почтовые отделения с радиоузлами и сберкассами, хлебопекарни, клубы с киноустановками и библиотеками, общественные бани и др. Регулярно доставлялась пресса. Строилось жильё для специалистов, колхозников и рабочих. У нас в Верещагине при населении 300 человек в 1947 году была открыта участковая больница со стационаром на 10 коек, был врач, два фельдшера.

Колхозы и совхозы занимались животноводством и полеводством, развивались пушной и рыбный промыслы, работала звероферма, где разводили чёрно-бурых лисиц. Мяса и молока было в изобилии. Даже, помнится, во время войны в магазинах на прилавках лежало масло со штампом верещагинского колхоза имени Свердлова. Ежегодно забивали на мясо по 20-30 голов рогатого скота в нашем колхозе им. Свердлова и в колхозе им. Стаханова, что в Бакланихе. И так по всему району, да и у частников было по 2-3 скотины. В летнюю навигацию транзитом завозили годовой запас продуктов и товаров. Что касалось овощей - картофеля, капусты, лука, то колхозы и совхозы выращивали их самостоятельно и получали хороший урожай. Это большая заслуга руководителей хозяйств. Правильно сказал И. В. Сталин: "Кадры решают всё! Их надо выращивать так, как садовник выращивает яблоню". Да, кадры действительно были хорошие в то время. В Верещагинском сельском совете на отличном счету были рыбаки-охотники Терентий Фадеевич Денисов, Антонид Емельянович Тыченко, Демьян Деомидович Тыченко, Матрёна Яковлевна Хозова, зверовод Анна Александровна Зырянова, рыбаки Иннокентий Кузьмич Хатинский и Антонина Алексеевна Максунова, засольщица рыбы Раиса Константиновна Лукьянова, охотник Фёдор Филиппович Максунов.

В то время в округе было пять посёлков: Верещагино, Марково, Пакулиха, Бакланиха, Черноостровск. Хочется ещё вспомнить добрым словом председателей колхозов Тихона Ефимовича Лукьянова, Григория Устиновича Сидорова, Ольгу Григорьевну Арзамазову, Михаила Михайловича Дибикова, Никиту Андреевича Кучеренко, Иннокентия Акимовича Денисова, директора школы Юлию Семёновну Дементьеву, охотницу Анну Яковлевну Кусамину, избиравшуюся депутатом крайсовета, рыбачек Анну Иванову Шпанагель, Людмилу Григорьевну Арзамазову, тоже депутата крайсовета, полеводов Амалию Ивановну Гонштайн и Кристину Августовну Руш, доярку Мирзу Юльевну Дистергефт, рыбака Ивана Христиановича Юнга. Этих людей довоенного поколения можно сравнить с героями кинофильма "Коммунист", хотя большинство из них не были партийными. Многих уже нет, но их дела и судьбы до сих пор живы в думах человеческих.

Народ трудился, государство поддерживало Север, посёлки после войны были все сохранены и получили дальнейшее развитие. Люди видели перспективу, растили детей.

Как-то мой сват Л. И. Москалёв был в гостях, и поехали мы с ним осенью на рыбалку на левый берег (от посёлка 27 км), а когда возвращались обратно, стало темно, полил дождь, подул сильный ветер. Приехали, он вздохнул облегчённо и говорит: "Я прошёл всю войну, но такого страха не испытывал". А для нас это была обыденная жизнь. На Севере нас закаляли условия! Не случайно сибиряки во время войны отличались выдержкой, мужеством, наводили ужас на фашистов.

Именно эти люди в послевоенный период восстанавливали хозяйства, делали всё для развития Сибири, понимая слова великого русского учёного М. В. Ломоносова, что могущество России будет прирастать Сибирью.

Сейчас же мы живём, как в страшной сказке. Многие деревни на Енисее стали неперспективными. Пытаются закрыть соседнюю Бакланиху, не спрашивая мнения людей. Действительно, деревни обезлюдели: нет работы, нет жилья... А ведь Бакланиха в войну славилась рыбным промыслом, сдавала в год более 500 центнеров рыбы (там до сих пор богатейшие места), славилась мужественными воинами - погибли 6 человек, они воевали не только за советскую власть, но и за свою деревеньку, за свои родные места, за своих родных и близких. Сибиряки в окопах вспоминали свою малую родину: огромных осетров, охоту на медведей, морозные зимы и бурные вёсны, осенних глухарей и утиную охоту.

Сейчас у многих нет ни большой Родины, ни малой. Нашим внукам и правнукам не суждено знать о жизни своих дедов и прадедов, не суждено видеть их родные места! Чувствуется, что деревни наши никому не нужны. Не ведётся строительство жилья (старики не могут заниматься самостроем, а у молодых нет на это средств). Скот давно уничтожен. Последних четырёх лошадей забили и съели, хотя они перебивались зиму самостоятельно, никто им сена не запасал, летом же лошадям хватало травы.

Деревни зарастают тальником и травой, скоро только крыши домов будут видны. В Верещагине было 123 постройки, осталось 100. Разберут, растащат ещё добротные дома и сараи кто на личные нужды, кто на дрова, а нового - считаные единицы. Разобрали хлебопекарню (уже 17 лет не выпекают хлеб), склады рыбозаводские...

Если сегодня неперспективными считаются Бакланиха, Костино, Канготово, то следующая очередь за Верещагино, Горошихой, Сургутихой. Туруханские просторы становятся безлюдными, безжизненными!

Когда-то, в советские времена, мне пришлось разговаривать с главным охотоведом РСФСР, он был у нас в командировке. Я его спросил: "Оправдывают ли себя промхозы?" Оказалось, что работают они с большой прибылью, несмотря на то, что охотников завозят и вывозят вертолётами и обеспечивают провиантом. В промхозах были подсобные хозяйства с коровами и лошадьми, строили жильё.

Я считаю, что сталинские времена (а я тогда жил, трудился) - это времена расцвета и прогресса, настоящей демократии, времена настоящего коммунизма. Хотя какая была разруха после Великой Отечественной войны, какое количество людей вынесло горе, фашистские издевательства... Сейчас говорят, что тогда жили плохо, но это не так! Говорят те, кому выгодно так представлять те времена, а выгодно только тем, кто ворует, лодырничает, спекулирует, приспосабливается для собственной выгоды, а на страну и россиян им наплевать. Какая сейчас демократия? Люди живут, как в рабовладельческом обществе: законы не соблюдаются, чиновничий аппарат вырос до гигантских размеров (а они все сидят на шее у тех, кто трудится, кто из своих нищенских зарплат выплачивает налоги, которые идут на прокорм "народных деятелей").

Придумали программу "Север - на юг" для переселения северян. Кто же пользуется этой программой? Опять же чиновники, которые за государственные деньги строят себе жильё на "материке". Да разве старики (а население в деревнях сильно постарело, молодым здесь уже нет работы) куда-то поедут из своих родных мест, где прошла вся их жизнь? Они не готовы к переезду ни материально, ни морально, да и климатические условия для привыкших к Северу многое значат. Для нас жить без Енисея просто немыслимо!

Вот уже сейчас с каким нетерпением ждём весну! Это такие оздоровительные мероприятия для нас, коренных жителей: переедешь на левый берег, бросишь сети, чучела утиные наставишь. Пока костёр разводишь, уже и рыбка попала. На рожне её зажаришь, чаю накипятишь - хорошо! Вот и ондатра плывёт, утки стаями летят, охота начинается. На огонёк заворачивают другие охотники, начинаются охотничьи байки (щук не успеваешь жарить!). Жить хочется, слушать весеннее пение птиц! К утру солнце поднимается, и стоишь, невольно улыбаешься природе вольной сибирской! Куда же от такой красоты уезжать?

Однажды уже стихли выстрелы, кончился перелёт уток, потухли на берегу костры. Еду на лодке (а погода тихая, накрапывал дождик). Смотрю, дымится огонёк на берегу, подъехал, уехали люди, а еду оставили (хлеб, рыба, молоко сгущённое). Я подумал, что это, конечно, плохо - разбрасываются хлебом, едой. Стоило-то всё копейки, а деньги у всех были. Зарплата небольшая, но и цены были низкими, можно было в любое время уехать куда угодно, купить любой товар, а о еде и говорить не приходится! На 1 рубль можно было купить булку хлеба, литр молока, 300 граммов сахара. А сейчас что можно купить на 100 рублей? Литр молока обходится в 90-100 рублей, да и того не купишь, нет в наших магазинах молочных продуктов в зимнее время! Если раньше на пенсию в 132 рубля я мог съездить до Красноярска и обратно да ещё подарки привезти семье, то сейчас моей пенсии на один путь до Красноярска не хватит. Даже в соседнюю Бакланиху не могу на лодке съездить - бензин не по карману.

Люди живут на Енисее десятки лет и не имеют права добыть себе свободно осетра на еду, по левому берегу рыбалка запрещена, кругом запреты и штрафы, обман, воровство. Наши сети вытаскивают и выбрасывают или жгут, а чужие дяди с липовыми документами вылавливают на катерах тонны запрещённой рыбы, перегораживая весь Енисей. Удивительно, но люди как-то странно к этому относятся: безучастно, безразлично (может, чувствуют свою беспомощность?). Ещё и голосуют за нынешнюю власть! Неужели не понимают, что другой у них Родины не будет, что, безжалостно уничтожая природные богатства, их просто грабят!

Мы должны бороться за сохранение родных недр и вод, птиц и зверей, за родную тайгу и тундру, за то, чтобы будущим поколениям жить в здоровой обстановке на родной земле, в родном краю, а не приспосабливаться на чужбине. Я за свободу и счастье своей большой и малой Родины!

...Весной в эти годы уже не видать огоньков по левому берегу, не кучкуются больше мужики. Да и выстрелы редко слышны - каждый патрон стоит 25 рублей, а раньше он обходился в 12 копеек. Постепенно теряется авторитет охотника и рыболова: рыбу и пушнину не принимают, а ведь именно этим жили раньше енисейские деревни.