Ещё два участка, куда придут лесорубы, находятся между нашим селом и деревней Дементьевкой вдоль единственного ручья. Лес начинается сразу за огородами, в 400 метрах. Это единственное, что осталось вблизи селений. Когда-то полноводный ручей Дементьевский снабжал водой население и сельхозпроизводство. Но в его верховьях вырублен лес, давно распахали землю, и остался лишь небольшой ручеёк, который может совсем исчезнуть".

Это строчки из письма-просьбы жителей села руководителю агентства лесной отрасли администрации Красноярского края А. В. Калинину, в котором они умоляют "не проводить рубки леса в кварталах N 7 и N 17, расположенных около населённых пунктов". Село Новотроицкое - одно из дальних на правобережье Енисея, вокруг небольшие светлые сосновые боры средь полей перемежаются с берёзовыми перелесками. Рек поблизости нет, кроме Ягодкиной и Малой Ягодкиной, больше, правда, напоминающих большие ручьи. А сосновый бор возле кладбища, о котором упоминается в письме, оказывается, рукотворный.

"Да я ещё девчонкой была, когда мы высаживали здесь, за селом, сосны, - рассказывала на крылечке сельсовета одна из жительниц. - У нас в те годы было школьное лесничество, и мы эти маленькие сосенки своими руками садили, ухаживали, поливали. Мы в этот лес из тайги на руках таскали муравейники, переселяли сюда муравьёв, чтоб они его охраняли. Он же наш родной, этот лес, сюда по грибы и ягоды сейчас ходим. Какие тут санитарные рубки могут быть, если это ещё молодой лес! Зачем его, как говорят работники лесхоза, лечить?"

"Да и знаем мы это "лечение"! - поддакивает её сосед. - Все эти рубки ухода и так далее... Видели уже, веры никакой нет! Все, кто ни приедет лес валить возле деревни, наговорят, наобещают гор золотых, да только деловой лес вырубят, остальное бросят, и поминай как звали. От околицы села уже Мотыгинский район видать, всё повырубили. Всё как-то у нас делается через ... - сначала выпишут лесобилеты заготовителям, трактор пригонят, жилой балок для рабочих поставят, а потом приезжают с нами поговорить, мол, не разрешите ли лес вокруг деревни выпластать!"

"Так ведь это не наша прихоть, это госзаказ на лесоустройство, - горячится представитель Казачинского лесхоза. - Нам планы работ из Красноярска присылают, а если не будем их выполнять, Москва денег давать не будет. Это ведь только рубки ухода будут - не более 15-20 процентов изъятия древесины. Ну, будет в этом лесу, конечно, несколько волоков шириной метра четыре, зато дрова будем вам давать бесплатно, бригады из ваших же, местных, организовывать. Зарабатывать можно будет по 10 тысяч рублей в месяц! Вашим мужикам что, денег не надо?"

Да как же не надо?! Надо! С работой, конечно, в Новотроицком плохо. Даже хуже, чем с дровами. Их хоть можно купить. Дорого, правда, почти по тысяче рублей за кубометр. Наездишься, конечно, в район за бумагами разными, но можно. Население здесь их само себе заготавливает и само же продаёт тем, кто это сделать не в состоянии. Кстати, вся эта ругань, происходившая в сельсовете аккурат в день выдачи пенсии (но народ, правду сказать, собрался не только из-за неё), была хоть и не напрямую из-за дров, но с ними тоже связанная. Но самое главное впечатление, что все эти "горячие" разговоры, как бы помягче выразиться, бесполезны, что ли...

Лесхоз ведь мог бы и не разговаривать ни о чём, делать своё дело согласно указивкам по лесоустройству из края. И разбойникам-лесозаготовителям, имеющим все "законные" бумаги на руках, тоже плевать на "широкое общественное мнение" маленького села Новотроицкого. Но вот ведь интересно - откуда в Москве или Красноярске знают, что без вырубки "больных и старых" деревьев именно на околице Новотроицкого лесное хозяйство страны тут же рухнет? И как жила тайга тысячи лет без Минприродресурсов и разных лесных комитетов? Ведь не было тогда государства по имени Россия - царь-то Пётр Алексеевич всего лет триста назад организовал службу охраны лесов. А ведь дожил лес до времён "заботы" о себе, и благополучно дожил!

Пример хочется привести, с "санитарной заботой о лесе" связанный. Есть на енисейском севере, в селе Ярцево, Нижнеенисейский лесхоз. Площадь его хорошему государству впору - более шести миллионов гектаров. Половину его территории авиалесоохрана облётывает-осматривает. А надо, так и пожарных на тушение огня вывозит. Но есть там северо-западный кусок, миллиона эдак в два гектаров, куда не то что нога пожарного или лесника не ступала, а и крыло Ан-2 над ним не пролетало. Так лес там как стоял тысячу лет назад, так и посейчас стоит, живёт своей жизнью, с жизнью человеческой ничего общего не имеющей. Летами горит от гроз, дождями тушится, меняет потихоньку лесные породы одна на другую, болота и речки бережёт и знать не знает никакой о себе "санитарной", "промежуточной" или "выборочной" заботы.

И мужики в том же старинном Новотроицке дуриком лес китайцам на продажу не рубили. Кедрачи и ягодники берегли, на дрова готовили не молодой "макаронник", что им сейчас лесхоз отводит, а сухостой выбирали. Словом, жили с лесом в ладу ещё со времён царя Алексея Михайловича.

А как нынче государство о лесном Казачинском районе "заботится", видно из другого примера. Ещё недавно район мог взимать с лесопользователей в свою казну попённую плату. "Шибко разбогатеет село!" - решило государство и забрало этот налог себе, разрешив, однако, брать себе штрафы за лесные нарушения. Но опять денег мало в государстве Российском стало, забрало оно у района и эти крохи. Ну и куда, спрашивается, теперь податься что мужикам из Новотроицкого, что дотационному более чем на 90 процентов району?

О здоровье здешних лесов "заботятся" из Москвы и Красноярска, рубят эти леса красноярцы и лесосибирцы, а мужикам местным от всего этого ни денег, ни дров хороших. "Как голосовать, так все тут, - в голос кричали бабы в сельсовете: - Идите, родимые, выполните свой гражданский долг, проголосуйте за нас, а уж мы вам реки с молоком и киселём устроим. Устроили! Лес сосновый, нашими руками посаженный, "лечить" теперь будут трактором да бензопилой. Нет нашего на это согласия!"

Не будет никто, бабоньки, вашего согласия спрашивать! Хотя справедливости ради надо сказать, что губернатор и Законодательное Собрание края принимали решение о запрете рубок в пятикилометровой зоне вокруг поселений. Но то решение было опротестовано и отменено прокуратурой как противоречащее федеральным законам и уложениям...