"Женитьбу Фигаро" знают многие, главным образом благодаря великому спектаклю Московского театра сатиры с участием Андрея Миронова. "Севильского цирюльника" знают меньше, да и то благодаря опере Дж. Россини. Не зря на одной из афиш тюзовского спектакля полушутя-полусерьёзно значится - "Не опера".

Конечно, Александр Каневский рисковал, когда брался за "нераскрученный" материал, но, с другой стороны, ему так хотелось рассказать именно предысторию великого сюжета: ещё молодые граф Альмавива (А. Мишин) и Розина (А. Старикова) влюблены друг в друга, но опекун Розины доктор Бартоло (В. Мясников) сам хочет жениться на девушке. На помощь графу приходит цирюльник Фигаро (М. Бутивченко).

Сценография, придуманная М. Соловьёвым, наполняет сценическое пространство воздухом свободы, но вместе с тем ажурные решётки, расчерчивающие сцену, эту свободу сковывают, навевая зрителю нехитрое сравнение "прекрасная птица в золотой клетке". Время от времени герои проникают внутрь либо через потайные дверки, либо через крутящийся массивный турникет. И лишь во втором действии часть решётки раздвигается.

Затянутым выглядит первое действие, но во второй половине спектакля благодаря усилиям опытных Владимира Мясникова (Бартоло), который, кстати говоря, возвратился в родной театр после двенадцатилетних скитаний, и Максима Бутивченко (Фигаро) "Севильский цирюльник" начинает оживать. Блистательно заявляет о себе уже первым выходом на сцену Вячеслав Ферапонтов (дон Базиль) - изящная пластика задаёт тон всему образу. А вот дуэту Фигаро - граф Альмавива (Александр Мишин) подобной лёгкости пока недостаёт. Не хватает изюминки образу Розины - уж очень глупенькой и легкомысленной она представляется. Но, думается, "Севильский цирюльник" из тех произведений, в работе над которыми нет предела совершенству.