Дело в том, что многие не успевают вывезти из лесу заготовленную древесину по проваливающимся под колёсами зимникам. Особенно досадно, что лучшие морозные месяцы зимней страды пришлось сидеть без работы, объяснять необъяснимое своим же работягам. Слишком долго длилась неопределённость с правилами отпуска древесины, никак не удавалось оформить документы на заготовку леса.

А тем временем на дорогах общего пользования бдительные гаишники выставили переносные весы - взвешивать груженные брёвнами лесовозы и нещадно штрафовать за перегруз на ось: две-три тысячи рублей с водителя и десяток тысяч целковых - с хозяина.

Случайно услышав разговор двух предпринимателей, что они завозят старые автопокрышки в лес, я не сразу, как говорится, врубился, зачем. Оказывается, чтобы жечь заготовленный, сложенный в штабель лес.

- Да если я не вывезу последние 500 кубометров древесины со своей делянки, то должен буду заплатить 300 тысяч рублей штрафа, по 600 рублей за кубик, хотя я уже сполна рассчитался с государством за неё, - горячится руководитель одного из частных предприятий Валерий Астраханцев. - Так предписывают новые правила лесопользования. Только сойдёт снег, как начнётся аэрофотосъёмка, вся оставленная в лесу древесина будет как на ладони, и никому не докажешь, что не смог её вывезти по причине, от меня совершенно не зависящей.

А на железнодорожных тупиках представители Россельхознадзора установили такие правила проверки на заражённость лесоматериалов вредными насекомыми, которые оборачиваются дополнительными и непредусмотренными расходами отправителей грузов в десятки тысяч рублей.

- Подход к проблемам лесной отрасли со стороны государства совершенно неверный, - убеждён краевой депутат Михаил Васильев. - Приоритеты расставлены так, как удобно чиновничьему аппарату. На первое место почему-то поставлена проблема незаконных рубок. Почему же лес перестаивает, перезревает, используется далеко не в полной мере - вот над чем надо ломать голову. Вместо того чтобы максимально упростить доступ к лесным ресурсам тем, кто в этом жизненно заинтересован, на всех этажах власти фактически выдумываются всё новые препоны.

В справедливости этих слов мне пришлось убедиться в Пировском районе. Местное лесничество только в начале марта наконец-то собралось провести аукцион на продажу леса на корню. И то лучшего места для торгов, чем за две сотни вёрст, в городе Енисейске, почему-то не нашлось. Объяснение простое - чем дальше от места заготовки, тем больше должно быть покупателей и тем дороже можно продать лес.

Игорь Бойко, предприниматель из села Рождественского Казачинского района, уже и не пытается приобрести лес в долгосрочную аренду. Какая аренда, удивляется он, когда даже после аукционов, где ему удавалось выиграть право на участок леса для заготовки древесины, не всегда получается своевременно оформить документы.

А для него лесной бизнес необходим. На 300 гектарах пашни выращивает пшеницу. А зимой своему тщательно подобранному коллективу самых работящих мужиков из местных жителей обеспечивает работу в лесосеке и на пилораме. Не будет леса - останутся без работы. "Кто от этого выиграет?" - задаёт он мне риторический вопрос.

- Да, сегодня беспрепятственный доступ к лесным ресурсам реально получают только крупные корпорации, - заочно отвечает ему Михаил Васильев. - Однако они не смогут обеспечить освоение всей расчётной лесосеки без малого бизнеса, максимально приближенного к месту заготовки. Мелкие фирмы как работали техникой позавчерашнего дня, так и работают до сих пор, чудом продлевая давно изношенный ресурс. Пока только они, со всех сторон обложенные огромными поборами государственной машины, способны хоть как-то поддерживать и строить примитивные дороги, обеспечивать работой трудяг в таёжной и сельской глубинке.

А вместо благодарности и поддержки им сулят ввести правило ставить на каждом бревне клеймо с подтверждением законности его происхождения и задрать на недосягаемую высоту таможенные пошлины и другие новшества, одно сладостнее другого для чиновничьего аппарата, но смертельно гибельное для мелких лесозаготовительных фирм.

Действительно, сейчас всё внимание краевых властей сосредоточено на грандиозных проектах. Крупные деревообрабатывающие комбинаты, новые ЦБК - о них только и говорят, для них резервируются крупные, доступные и самые продуктивные участки лесного фонда. Но за лесом как-то остаются незаметными отдельные деревья, его составляющие. В том же Пировском районе, впрочем, как и на любой лесной территории, прозябают десятки предприятий так называемого лесного комплекса, которые никак не вписаны в стратегию развития отрасли.

А в последнее время возникло ощущение, что на уровне района, в лесничествах, заменивших лесхозы, невозможно решить ни одного вопроса. Ответ один: всё, мол, решается в крае. В крае ссылаются на Москву, которая оставила лесное сообщество страны без чётких и внятных нормативных актов, регламентирующих порядок лесопользования. А Москва в свою очередь удивляется: вам, субъектам, передано право распоряжаться лесными ресурсами - так и распоряжайтесь.

Как распоряжаются - теперь знаем: легче сжечь, чем продать.