Нашу читательницу чрезвычайно взволновал рассказ волонтёра Насти Рукосуевой о встречах с обитателями геронтологического центра "Жарки", о старушке, в знак благодарности молодым спевшей песню "Журавли". "Если песня начинается словами "Там, под небом чужим" и в припеве есть слова "Журавли, журавли, из какого вы края", то именно её я слышала в начале пятидесятых годов прошлого столетия. Она до сих пор не даёт мне покоя", - написала Майя Адамовна. Вот так, по наказу читательницы, теперь уже я начала искать заветную песню.

Здесь, под небом чужим я как гость нежеланный,

Слышу крик журавлей, улетающих вдаль.

Сердцу больно в груди. Вижу птиц караваны.

В дорогие края провожаю их я...

Пронесутся они мимо скорбных распятий,

Мимо старых церквей и больших городов.

А вернутся они - им раскроют объятья

Дорогие края и Отчизна моя.

Дождь и осень, туман, непогода и слякоть,

Вид усталых людей мне они принесли.

Ах, как сердце болит, как мне хочется плакать,

Перестаньте рыдать надо мной, журавли.

Но вот незадача, песен с такими словами (а это лишь три куплета из шести) оказалось несколько. Самый распространённый вариант - с начальными словами "Там, под небом чужим". Долго считалось, что в пятидесятые годы эту песню исполнял знаменитый в то время певец Пётр Лещенко, музыку приписывали и ему самому, и Вертинскому (как и исполнение). Но историки эстрады утверждают, что Лещенко музыку вообще не писал, да и не он пел на пластинке 1955 года!

Те "Журавли" оказались подделкой, под Лещенко спел Николай Марков, имитировавший исполнительскую манеру своего знаменитого коллеги. Честно говоря, на первый взгляд неправдоподобным кажется и авторство слов Евгения Долматовского - мог ли автор сугубо патриотичных и гражданственных песен, да ещё в столь "серьёзные" времена написать: "Пронесутся они мимо скорбных распятий, мимо старых церквей и больших городов"... К тому же ни в одном его сборнике не было подобных стихов.

Что интересно, про скорбные распятья нет ни слова и у автора первоосновы песни, поэта XIX века Алексея Жемчужникова, со стихотворения "Осенние журавли" которого, собственно, всё и началось. Нет и начальной, своего рода опознавательной строки "Там, под небом чужим". И вообще, схожесть лишь на чуть-чуть. Сравните:

Сквозь вечерний туман мне под небом стемневшим

Слышен крик журавлей всё ясней и ясней...

Сердце к ним понеслось, издалёка летевшим,

Из холодной страны, с обнажённых степей.

Вот уж близко летят и всё громче рыдая,

Словно скорбную весть мне они принесли...

Из какого же вы неприветного края

Прилетели сюда на ночлег, журавли?..

В стихотворении Алексея Жемчужникова всего два куплета, и всего две строчки в конце совпадают с новыми вариациями ("О, как больно душе, как мне хочется плакать! Перестаньте рыдать надо мной, журавли!"). И всё же, свидетельствуют многие соратники Евгения Долматовского, именно он - автор самого распространённого текста песни. В 1941 году, выйдя из окружения, военный корреспондент Долматовский вместе с дирижёром военного оркестра Фрадкиным создали песню, которая и поныне никого не оставляет равнодушным.

Песня ушла в народ и по сей день живёт своей жизнью, возвращаясь с каждым поколением по-новому осмысленной и с новым авторством. Недаром в разных трактовках она была подхвачена эмиграцией. Пели её со значительно переделанными словами и наши солдаты в Афганистане:

Здесь, под небом чужим, под кабульской лазурью

Слышны крики друзей, улетающих вдаль.

Ах, как хочется мне, заглянув в амбразуру,

Пулемётом глушить по России печаль.

Удивительное дело, когда читала письмо Майи Адамовны, сразу зазвучало в душе словно родное и знакомое "Но не быть чудесам - журавлём я не буду, здесь, под небом чужим остаюсь навсегда". Вот такая неожиданная встреча с песней была в конверте.