Олигарх-неудачник

14 января скончался в Италии русский богач Павел Павлович Демидов, князь Сан-Донато. По этому случаю король Гумберт прислал супруге покойного телеграмму, где сообщает, что он и королева "никогда не забудут князя и чувство благоволения, которое они питали к покойному, сохранят к его супруге и детям".

О капитале Демидова известно следующее: 11 нижнетагильских заводов, принадлежавших ему в Верхотурском уезде Пермской губернии, составили заводской округ. Годовая производительность заводов достигает 6 миллионов рублей в год, давая чистую прибыль в 1,5 миллиона рублей. Кроме того, покойный имел несколько имений в России и за границей.

Несмотря, однако, на такое богатство, обширные связи и университетское образование, Демидов был в полном смысле слова неудачником. Где ни пробовал пристроиться - на государственной службе, по общественным выборам (он состоял одно время киевским городским головой), наконец, в журналистике (в плачевной памяти газете "Россия") - везде он был не на своём месте. Так и остался до конца жизни: богач - и больше ничего.

"Неделя", 20 января 1885 года. СПб., редактор П. А. Гайдебуров.

Почувствуй разницу

Цена свободы

Просмотрев десятка два сибирских газет, приходишь к убеждению, что в этой отдалённой окраине наступило полное успокоение. Конечно, всё в Сибири течёт своим чередом, но сибирские газеты не отмечают ничего интересного. Это замалчивание местной жизни тоже следует отнести за счёт "успокоения" сибирских издателей, редакторов и типографий.

Нельзя же думать, чтобы сибирский обыватель интересовался исключительно одними скандалами и телеграммами российского телеграфного агентства - но совершенно игнорировал всё, что делается у него под носом. Нельзя предположить и то, что события сибирской действительности выражаются только в, убийствах и грабежах. А между тем только одни эти факты местной жизни мы находим на страницах сибирской печати.

Неужели Сибирь - столь облагодетельствованная страна, что в ней тишь да гладь да божья благодать? И местная администрация превратилась в смиренного ягнёнка, а сибирские охранники-жандармы занялись исключительно утиранием слёз сибирскому обывателю? Трудно найти столь легковерного обывателя, который поверил бы этому. Приходится остановиться на совсем ином объяснении.

В Красноярске, этом маленьком городке, за два года генерал-губернатором закрыто шесть газет, и седьмая прекратила существование сама, не имея возможности вынести посыпавшиеся на неё как из рога изобилия репрессии. Из редакторов этих газет трое высланы за пределы генерал-губернаторства, двое убыли в "места не столь отдалённые", один сослан в административном порядке, а кроме того, присуждён к году тюрьмы и таким образом отбывает две кары за одно и то же "преступление". Наконец, в Красноярске была закрыта типография.

Успокоение пошло вширь и вглубь. Оно и понятно, недаром агенты нашей власти получают оклады и награды. Кроме того, нужно принять во внимание соревнование местных губернских властей и жандармских управлений.

Всем необходим материал для проявления деятельности, идёт соревнование, каждый хочет во что бы то ни стало отличиться. И отличаются - за счёт обывательской шкуры...

В. К. "Сибирские вопросы", 16 января 1909 года. СПб., редактор А. И. Иванчин-Писарев.

Пламенные революционеры

Шумяцкий и Лазо усмиряют Иркутск

Петроград, 2 января. Из Красноярска сообщают: в связи с Октябрьской революцией Центросибирь в Иркутске объявила себя властью. 5 декабря в противовес образовался комитет спасения революции из юнкеров. 7 декабря военный комиссар Шумяцкий (смотри "КР" от 1.11.07. - В. К.) издал приказ о роспуске военного училища и прапорщиков во избежание излишнего миллионного расхода.

В ответ 8 декабря юнкера и казаки открыли пулемётный огонь. После десятидневного кровопролитного боя гарнизон и Красная гвардия заключили мир на условии создания совместной власти и сохранения военного училища. Но после того как из Красноярска и Канска подошли отряды Красной гвардии, условия перемирия были опротестованы - полное разоружение юнкеров и предание зачинщиков мятежа революционному суду. Юнкера и казаки разоружены, комендантом города назначен прапорщик Лазо, военным комиссаром - Шумяцкий.

"Свободный край", 6 января 1918 года. Иркутск, редактор П. И. Фёдоров.

Культура

У них даже нет никого на роль первой любовницы и простака

(Кризис красноярского театра)

...Во все спектакли актёры обнаруживают полное незнание ролей. Выходы перепутывались, выходило на сцену не то лицо, которому следовало.

В труппе нет персонажей на роль первой любовницы и простака. Большинство членов труппы сделалось артистами поневоле, не обладая никаким дарованием, даже не имея понятия о сцене. Выходит то, что может выйти при этих средствах...

"Сибирский вестник", 23 января 1886 года. Томск, редактор-издатель В. Картамышев.

Рецензия

"Отелло" в Красноярске

Наши надежды относительно постановки "Отелло" оказались несбыточными. Видно, что сам антрепренёр и его труппа думали, что Шекспиру любой может нос утереть. Все были настолько плохи, что им на будущее можно посоветовать никогда не играть в шекспировских пьесах.

Об игре г-на Раскольникова, исполнявшего роль Отелло, скажем, что он играл недурно, но слишком много кричал, благо имел сильный голос и здоровые лёгкие. Мимика была крайне слабой, зато жестикуляции - хоть отбавляй. Артист действовал руками и ногами, падал сам, катался по полу, слетел кубарем с кровати-эшафота (на котором умерла Дездемона), превращал "подругу дней своих суровых" в котлету, когда не удалось якобы её задушить. И так бросил её в 3-м действии, что ушиб ей плечо.

Антрепренёру Курчаеву, игравшему Яго, чуть не переломил руку. В довершение всего, когда Отелло в порыве ярости падает на пол, он так грохнулся, что проломил пол! Положим, Отелло - венецианский мавр и герой, но зачем же пол проламывать?

Сам Раскольников по окончании спектакля говорил нам, что он единственный в своём роде Отелло, так как никому ещё даже из первоклассных артистов, игравших Отелло, не удавалось проломить своей спиной пол.

Обстановка, костюмы и прочие аксессуары были жалки. Ансамбль же, если позволительно так выразиться, - убийственным.

"Енисейский листок", 17 января 1893 года.

Горим!

В Канске сгорел вечный двигатель

В ночь на 5 января сгорел свечной и мыловаренный завод, принадлежавший местному мещанину Соловьёву.

Между прочим, сгорела и машина, изобретённая Соловьёвым и долженствовавшая, по мнению изобретателя, осуществить идею беспрерывного вращения.

Говорят, что над машиной этой Соловьёв работал цельных 20 лет, и стоила она ему 15000 рублей.

"Енисей", 20 января 1895 года.

Казна

Помощь интеллектуальной элите

- долг царствующего государя

Высочайший указ

...В монаршем попечении о верных наших подданных, посвятивших свои усиленные труды служению Нам и Отечеству на поприщах словесности и современной печати, признали мы справедливым отпускать ежегодно из государственного казначейства денежные средства для оказания необходимой помощи нуждающимся учёным, литераторам и публицистам, а равно их вдовам и сиротам. В сих видах повелеваем:

- для производства нуждающимся учёным, литераторам и публицистам единовременных денежных воспособлений, а тем, кто не получает из государственных источников пособий и пожизненных пенсий, - отпускать ежегодно из государственного казначейства по 50 тысяч рублей с тем, чтобы в последующие годы эта сумма была вносима в смету министерства просвещения;

- установление прав вышепоименованных лиц на оказание им помощи возложить на Академию наук...

"Енисей", 18 января 1895 года.

Недра

К Новому году золотой слиток -

самый оригинальный подарок...

Золотой самородок весом в 1 пуд и 34 фунта с четвертью, найденный на Спасо-Преображенском прииске (смотри "КР" от 1.06.06. - В. К.), прибудет 29 января в Томск к одному из счастливых владельцев его, купцу Ельдештейну.

"Енисей", 25 января 1898 года.

Спасо-Преображенский прииск принадлежал ранее купцу Окулову. Найденный самородок стоит 40 000 рублей и является единственным таким крупным самородком в Сибири.

"Сибирская жизнь", 25 января 1898 года.

Томск, редактор П. И. Макушин.

Спасо-Преображенский прииск принадлежит сейчас Мокридину, Муханову и двум томичам - А. Ельдештейну и Козлову. Самородок был найден 16 января на глубине 20 сажен и представлял сплошной слиток без малейшего присутствия в нём породы. 16 января Макридин привёз эту дорогую находку в Минусинск и намерен заказать слепок со слитка для Минусинского музея.

"Сибирская жизнь", 30 января 1898 года.

...Оригинальнее которого только сибирский алмаз

В "Горнозаводском листке" пишут, что в заседании Императорского Санкт-Петербургского минералогического общества 9 декабря профессор С. П. Глинка демонстрировал алмаз, найденный на золотом прииске по реке Мельничной в Енисейской тайге. Алмаз весом в 2/3 карата представляет интерес как в минералогическом отношении, так и тем, что это первый алмаз в Сибири.

Наша справка. Метрический карат - 200 мг.

"Сибирская жизнь", 25 января 1898 года.

Дебаты

Поминать родителей чужими шанежками

Прислушаешься к думским дебатам о необходимости помощи меньшому брату и невольно испытываешь странное чувство. Пока вас окружает непроницаемое облако трескучих фраз о гуманности, народном благе, о просвещении тёмных масс, вам кажется, что вы верите в искренность почтенных ораторов и сочувствуете их стремлениям.

Но едва смолкают они, вы сейчас же убеждаетесь, что во всей этой шумихе громких слов нет правдивости, нет искреннего сочувствия бедняку.

Способность благотворить на чужой счёт или, по местному сибирскому выражению, "поминать своих родителей чужими шанежками" свойственна многим депутатам...

Н. ЕМЕЛЬЯНОВ. "Сибирский вестник", 17 января 1893 года.

Томск, редактор В. П. Картамышев.

Старый фельетон

Пропечатали!

В селе N кончается обедня, народ выходит из церкви. Купец, усаживаясь в сани, кричит приятелю:

- Никифор Гаврилыч, а Никифор Гаврилыч!

- Чаво?

- Поворачивай к Москалёву на пирог - пропечатали его в газете.

- Што ты!

- Вот те и "што".

В доме Москалёва собравшиеся в большой комнате гости, прочитав корреспонденцию, выпивают и закусывают, споря по поводу публикации:

- Ты какого лешего нас к Москалёву скликал, когда с тебя пирог следует - тебя тут больше продёрнули.

- Ну, уж и больше, фирма-то его обозначена. А по правде говоря, если по мне - то и по всем. Тут никто из нас не забыт - все кулаки да мироеды.

- И всё-таки, братцы, опровержение бы какое-нибудь...

- Какого лешего опровергать - ну разве и впрямь ты не прохвост?

- Я так скажу: ежели кого из нашей братии пропечатали, значит, стоящий внимания человек, большие дела делает. Вон про Колесова пропечатали, так у него дела сразу пошли в гору. Известный человек стал, значительный...

- А мне вот Андрей Яковлевич рассказывал. Пропечатали его по одному делу - едва отбоярился. А начальник после спрашивает: правду ли, мол, про тебя пропечатали?

- Правду, - повинился Андрей Яковлевич.

- Люблю тебя за прямоту, - сказал начальник и по плечу его потрепал. А потом приказал в той же газете напечатать, что всё, сказанное про Андрея Яковлевича - ложь и напраслина.

- Так што, мироеды, кулаки, жулики, - давайте за это и выпьем?

- Давай. А честных-то людей што ж не позвал на пирог?

- Куды нам с честными пить? Они пусть про нас пишут и тем довольны будут...

М. К. "Сибирская жизнь", 1 января 1898 года. Томск, редактор П. И. Макушин.