Уникальна толстихинская хохлома и тем, что сотворяется детскими руками - авторы всех искусных изделий ученики местной школы. Ребята выпиливают, вытачивают заготовки, девочки, как заправские мастерицы-художницы, расписывают их. Изобретена здесь и особая технология - липовый, первородный хохломской материал для заготовок заменён осиной, подобрали особую краску и клей для начального покрытия.

Тридцать лет назад толстихинскому промыслу положил начало учитель труда Пётр Писаревский. Сам замечательный художник (его проникновенные пейзажи украшают все школьные коридоры) был очарован подарком племянницы из Горького, работавшей на фабрике хохломской росписи.

- Загорелся хохломой сразу, благо два верстака в школе имелось. В отпуске, будучи в Горьком, все сувенирные магазины обследовал, приглядывался, старался распознать секреты росписи. Но информация о технологии была скудная. Пришлось до всего своим умом доходить - из какой древесины делать заготовки, чем покрывать. Немало времени и сил ушло на освоение особых хохломских узоров, ведь чтобы научить детей, нужно было самому уметь.

Начинали так: выточенные матрёшки и самоварчики покрывали бронзовым порошком, лаком, сушили и затем расписывали. Однажды для ускорения поставили свежие изделия в сушильный шкаф, да и призабыли о том. Когда спохватились, боялись и доставать, ожидали вынуть нечто обуглившееся. А открыли - и ахнули, братина сияла словно золотая, покрытие было гладким и прочным. Так и дошли до методики сушки, для чего в школьной мастерской обосновалась сушильная камера, перенесённая из кабинета химии.

Новый метод обработки краской разработал уже сын Владимир, продолживший педагогическое дело отца и унаследовавший замечательный художнический талант. Не зря именно сыну, тогда ещё школьнику, Пётр Васильевич доверил изготовление первого образца "своей" хохломы - самовара, теперь экспоната школьного музея. Кстати, расписавшая его Наташа Наконечная тоже стала учительницей и работает в этой же школе.

В 1989 году образцы здешней хохломской росписи выставлялись даже на ВДНХ, а ученики-мастера становились победителями многих краевых и районных конкурсов. В мастерских нового школьного здания творят уже вторые и третьи поколения мастеров резьбы и росписи. Попасть же в число кружковцев-кудесников непросто, допускают до работы только со средних классов и при явно выраженной усидчивости и терпении. Ну и если хватит смекалки читать чертежи, стоять за верстаком и упорства часами сидеть над листом бумаги, вырисовывая тонкой кистью узоры, как это получается у Насти Щипачёвой, Ани Малашняк, Светы Ермаковой, Аделины Власовой, Славы Грицана и других.

Ирина Опонасенко добилась первого допуска к работе над росписью кухонной доски лишь на второй год, и это считается здесь достижением. В становлении художницы ей, говорит с улыбкой, наследственность помогает - в кружке когда-то занимались её мама и тётя, а брат, сейчас студент СФУ, точил. Нынешняя выпускница Женя Белоусова на росписи пятый год, как и её одноклассник Саша Савва на выточке изделий. К выпуску одиннадцатиклассники традиционно готовят школе подарки. Нынче это будут кухонные наборы - разделочные доски с толкушкой. Ах, какие жар-птицы взлетают на них, какие цветы на серебристой глади распускаются, каким трепетным огнём горят ягоды рябины!

- Мы, конечно, придерживаемся традиций "сказочной" хохломской росписи, но не могут наши художницы удержать фантазию, - перехватывает мой восторженный взгляд на работы учениц-мастериц Владимир Петрович, поясняя, почему и как в толстихинской хохломе по кухонным доскам и братинам рассыпались розы, вишенки, маки, почему золотистые жёлуди, невиданные в нашем сибирском краю, осыпались на красное полотно.

Вообще в Толстихинской средней школе привыкли обходиться своими силами - летом заготавливают подходящий материал, чтобы зимой осиновые чушки запустить в дело и сотворять в учебное время свои малые шедевры. "Дивиденды" лишь в учительских руках - указки здесь "фирменные", расписные. Но учителя всё равно счастливы, считая своей высшей наградой и достижением школы увлечённость детворы, рождение мастеров. Ну а о том, как счастливы такими трудами толстихинские мастера-школяры, надо ли рассказывать...