По улице вагон водили

- Каждый хочет иметь и подругу, и друга, - надрывно заклинал окрестный люд почти взаправдашний Валерий Леонтьев, цыганисто притопывая на самобеглой концертной площадке. А под боком у гуттаперчевого любимца публики, прямо на кабине карнавального грузовика томно, как Даная, раскинулась в неге барышня, невинно нацелив интригующий бюст в самую гущу взволнованно-благодарного мужского сословия, толпившегося на тротуарах.

Город гулял "по Миру" в полный рост. Трясли бородами князья, бояре и богатыри. Гурьбою вышагивали бакенбардистые Александры Сергеевичи Пушкины, чохом рекрутированные на лицедейство одноимённым театром. Лихо отплясывали сольную ламбаду невесты в подвенечных платьях, вложившие в свой долгожданный свадебный танец весь запас нерастраченной стыдливой девичьей эротики. Понятное дело - уж замуж невтерпёж, а тут ещё и на встречу с мэром города везут на площадь перед Большим концертным залом филармонии... А поскольку Красноярск ещё и родина слонов, в одной из колонн топотали два вислоухих гиганта - белый и зелёный, причём зелёный всё норовил потрепать хоботом по ходу дела какого-нибудь зазевавшегося на обочине слонопоклонника.

Душа требовала праздника и тут же получала его - на всю катушку. Причём буйство бесшабашное маскарадное, что характерно, было сорганизовано в строгом соответствии с законами диалектики. Принцип единства и борьбы противоположностей ощущался во всём. Если труженики Красноярской продовольственной компании несли на плечах, как Ильич некогда бревно на субботнике, огромную надувную колбасу, то над дружными рядами посланцев ликёро-водочного завода "Ярич" мерно покачивался в воздухе белёсый аэростат с горделивой надписью на боку - "Качество, проверенное временем!" И то сказать: одинокая колбаса в горле комом может стать, ежели её целебными напитками "Ярича" не смачивать.

А чтобы хлебное вино впустую не расходовалось, мощная колонна "Пикры" гремела пивными банками - словно кастаньетами. И на десерт - маршевая рота "красконовских" Дедов Морозов, печатавших шаг с плакатом "С Новым годом, любимый город!", - к неописуемому восторгу малолетних ценителей продукции кондитерской фабрики.

И на всё это смешение времён, красок и молодецких забав оторопело, во все глаза смотрели из окон вагона гудящего на весь проспект фирменного поезда "Енисей" (Красноярск - Москва) Пугачёва, Розенбаум, Басков и Верка-Сердючка. Говорят, что настоящие. А почему бы и нет, ведь колонна Красноярской железной дороги была, пожалуй, самой внушительной на этом празднике жизни. Да и бывший министр путей сообщения, а ныне президент компании "Российские железные дороги" Геннадий Фадеев по случаю торжеств в Красноярск, в родные края как раз наведался. И почему бы по такому высокостатусному стечению обстоятельств железнодорожникам не тряхнуть мошной да не усадить в праздничный вагон пару-тройку пафосных VIP-пассажиров из столичной гастрольной тусовки?

А тем временем каждый район тянул одеяло зрительских симпатий на себя. Едва только смолкало многоустое "Пейте сок, ешьте варенье - у Красноярска день рожденья!", как тут же подключалась группа "Яхонт": "Мой Красноярск, с тобою я и день, и ночь..." И если "Яхонт" радовал слух, то чудо-дивы в феерических одеяниях из лент и цветов на подмостках передвижных самбодромов - проездом из Рио-де-Жанейро - радовали уже глаз. Кто-то нажал на полярную экзотику, выставив во главе своей колонны северного оленя и необъятных размеров красавицу со сменным - "материково"-аборигенным - выражением лица. Видимо, тройственным союзом края, Таймыра и Эвенкии навеяло.

По этнографии прошлись и в других районах. Монахи Шаолиня прямо на ходу рассекали мечами дождевые капли и побивали копьями невидимых супостатов. А следом шагали наши североамериканские индейские братья. Эксцентричная скво плясала от голода возле вертела с насаженным на него кабаном, а муж её молча курил трубку и меланхолично помахивал томагавком в сторону бледнолицых зевак. А где-то уже на подходах к БКЗ здоровяк в очках, тельняшке и с трезубцем из городского клуба спелеологов устало объяснял очередной мамаше с ребёнчишком, желавшей сделать совместное историческое фото: "Да не водяной я, а Нептун, не надо путать..."

И на весь этот праздничный раскардаж, широко раскрыв рты, глаза и уши, изумлённо смотрели португальские регбисты, приехавшие в Красноярск на матч со сборной России. Только где им, людям европейским да южным, было понять весь разгул сибирской души. Она ведь, душа-то, полёта жаждет время от времени над сугубыми буднями. Вот мы в субботу и полетали - всем городом, до ломоты в крыльях. Будет что вспоминать до следующего выхода Красноярска на карнавальную тропу.

Юрий ЧУВАШЕВ.

МУШКЕТЁРЫ КОРМИЛИ НАС ШОКОЛАДКАМИ

...И всё-таки жаль, что Красноярск не Рио-де-Жанейро! Когда празднование Дня города перенесли с осени на начало лета, многие вздохнули с тайной надеждой, что вот тут-то мы и приблизимся к таинству настоящего бразильского карнавала. Однако человек предполагает, а погода располагает по-своему. Особенно наша, сибирская...

С утра 4 июня мне позвонила мама и велела надеть на себя "пару кофт и что-нибудь на голову". Скрепя сердце, пришлось с ней согласиться: как бы ни хотелось блеснуть перед всем городом в чём-нибудь тоненьком и воздушном, всего десять градусов за окном обязывали думать о здоровье. К тому же футболка с надписью "Сибирские байки", в которой мне предстояло пройтись по проспекту Мира, была размером XL и, надетая на свитер, смотрелась вполне как раз. Правда, перспектива двухчасового шествия при отнюдь не высокой температуре вызывала лишь кислую улыбку.

Участники праздничного шествия начали собираться у театра музыкальной комедии в десять часов. Их привозили целыми автобусами, другие шли сами, пряча под дождевиками, куртками, пиджаками и шалями карнавальные костюмы. Правда, некоторые девушки, памятуя о том, что красота требует жертв, щеголяли в вечерних платьях с голыми плечиками, вызывая у нас внутреннюю дрожь. Больше всех повезло молодёжи, одетой в национальную северную одежду с капюшонами. Таких представителей славного племени оленеводов у театра было немало, многие из них с детской непосредственностью фотографировались с парнем, наряженным "мобильным телефоном". Завидя их, он с характерным оканьем вещал в громкоговоритель: "Джиэсэм везде хорошо, однако". Но всё равно было холодно.

А потом общая суматоха подготовки захватила и нас. Группа Красных Шапочек из "Краскона", красуясь в одинаковых туфлях и размахивая соломенными корзинками с конфетами, пообещала после окончания накормить нас этими самыми конфетами. Мимо прогудела машина Центрального парка, замаскированная под паровозик с весёлыми лошадками на борту. Парни из "Почты России", с которыми нам предстояло идти, с энтузиазмом начали облачаться в картонные коробки, выкрашенные под почтовые ящики. Девчонки-почтальоны со смехом повторяли танец, отрепетированный уже давно.

Кстати, о танце. О том, что редакция "Красноярского рабочего" в лице четырёх молодых и красивых девушек пойдёт в колонне праздничного шествия, мы узнали за неделю до события. Только вот о том, что придётся не просто идти, а при этом ещё и танцевать, сообщили лишь на репетиции. Ни разу не пробовали "в ритме вальса" прогуляться от театра музкомедии до Триумфальной арки при огромном скоплении народа? Обязательно рискните - море новых впечатлений гарантировано. Правда, при отсутствии соответствующей физической подготовки и наличии сакраментального "А что подумают про нас люди?" это не казалось нам такой уж увлекательной идеей.

Но нам выдали замечательные парики из серебряного дождика. Первоначально предполагалось, что мы будем держать их в руках, однако девичья недюжинная фантазия проявила себя во всей красе, и новогодние атрибуты заняли то место, которое им и было положено, - на голове. И сразу стало легко. Маскарад - самое изощрённое изобретение человечества для того, чтобы творить любые безумства. Ты уже не Таня-Лика-Оля, а Маска в столпотворении других таких же Масок, актёр в карнавале, где разрешено только лишь веселье.

И началось. Колонна двигалась медленно, иногда замирала, потом снова набирала ход. Красные Шапочки грянули заранее приготовленную речёвку: "Знает каждая сластёна - нет конфет вкусней "Краскона"!" Идущий позади нас огромный Свадебный генерал в окружении красавиц-невест постоянно спотыкался, чем вызывал смех окружающих. Стараясь держать строй, мы придерживали "за фалды" наши Почтовые ящики, которые уже через пять минут стали жаловаться, что им ничего не видно.

А вокруг бурлило людское море. Люди стояли на тротуарах в несколько рядов, забирались на крылечки окрестных магазинов, выглядывали из окон, сидели на балконах. С лица невозможно было согнать улыбку, потому что улыбался каждый, кто стоял на обочине. Вспышки фотоаппаратов и телефонов, "глаза" видео- и телекамер - хотелось помахать в каждую из них. Сотни рук махали нам в ответ. У меня истрепалось несколько флажков с надписью "Я люблю Красноярск", добытых у доброго человека из Центрального района. Из динамиков лилась музыка, которая заводила и толкала только вперёд и вперёд. Хотелось смеяться и со всеми вместе кричать "Ура!" Холода уже не было. Не было и времени. Два часа шествия показались совсем мизерными по сравнению с тем зарядом энергии, который отдавали нам красноярцы. А какой бурный всплеск эмоций возник, когда впереди показалась Триумфальная арка! Два часа породнили всех, кто шёл в этот день по проспекту Мира. На площади перед БКЗ мы обнимались с мушкетёрами в синих плащах. Они кормили нас шоколадками и обещали найти на празднике. Мимо, вышагивая в высоких сапогах на шпильках, строем проходили стюардессы в серебристых костюмах. На огромных ходулях проковылял скоморох в колпаке с бубенцами.

Это не Бразилия, да. Это наш, красноярский карнавал! Сибирское тепло и открытость. Причастность всех и каждого. Сердце и душа столицы края.

Елена СЕРЖАНТОВА.