ТРИ ОРДЕНА ЛЕЙТЕНАНТА ЛЫКИНА
Иные его сверстники-фронтовики, дожившие до наших дней, носят сейчас полковничьи, а то и генеральские погоны. А он так и остался командиром взвода. Но когда участник Парада Победы в Москве красноярец Алексей Лыкин надевает ордена, даже боевые генералы расступаются перед ним. Ибо кому-кому, а уж им-то известно, что значило быть на войне истребителем танков.

- У нас даже специальная нашивка такая была на рукаве, - улыбается Алексей Алексеевич,- два скрещённых артиллерийских ствола. Да и получали мы, как сказали бы сейчас, "за вредность" полуторные офицерские оклады. Я, как только прибыл на фронт, сразу же оформил на родителей аттестат, и им перечисляли ежемесячно 600 рублей. Деньги, конечно, небольшие, но пуд муки на них купить в Сибири было можно.

Вот и не верь после этого в мистику. Я, когда увидел с десяток лет назад в первый раз Лыкина, а было это на одном из редакционных застолий, так сразу же уловил в его облике черты своего отца. Та же расположенность к людям, открытость, та же искренность и честность. И мой отец, воюя, всё, что получал на фронте, до копейки отсылал моей матери на Украину.

А познакомился с Лыкиным ближе - ещё больше удивился таким совпадениям. Оба они воевали на 3-м и 4-м Украинских фронтах, обоих потрепал немец на Балатоне, оба затем брали Вену. Правда, мой отец был командиром отделения полковой разведки, а Алексей Лыкин окончил Сумское артиллерийское училище, находившееся в годы войны в Ачинске, и с января 1944-го командовал взводом управления батареи 438-го истребительного противотанкового артиллерийского Черкасского, орденов Суворова III степени и Александра Невского полка. И где-то там, в ходе Корсунь-Шевченковской наступательной операции, они вполне могли бы повстречаться друг с другом.

Но не повстречались, и на этом совпадения заканчиваются. Ибо как я ни собирался записать боевой путь своего отца, да так и не успел: всё откладывал "на потом"... А вот Алексей Алексеевич Лыкин недавно уступил просьбам своей внучки Юлии, работающей экономистом на Красноярском алюминиевом заводе, и собственноручно перенёс на бумагу то, что сохранила память.

ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ АЛЕКСЕЯ ЛЫКИНА "ЖИЗНЬ БЕЗ РЕТУШИ"

"Наша батарея стояла на переднем крае основного фронта, а все остальные пять батарей находились "в тылу", фронтом к окружённой Корсунь-Шевченковской группировке немцев. И в ночь с 16 на 17 февраля они от безысходности навалились на наш полк - мы оказались у них на пути. Это был мой первый бой в непосредственной близости с противником. Наш танкист за моей спиной сдал назад и произвёл выстрел. Но снаряд, видимо, задел за дерево, и раздался оглушительный взрыв. Согнувшийся рядом солдат вдруг осунулся на землю. Я не понял, что к чему, но опытные солдаты подбежали, подняли его - у него было срезано осколком полчерепа...

К полудню 18 февраля ружейно-пулеметная канонада стихла, и мы увидели, что все поля были усеяны трупами немцев. На наше счастье шёл снег, так что где рука торчит из-под снега, где нога... Потом уже мы узнали, что противник потерял в ходе операции 55 тысяч убитыми и ранеными, 18 тысяч немцев попало в плен. А командир нашего полка подполковник В. Новиков и старшина, командир орудия А. Харитонов получили за этот бой звание Героя Советского Союза".

Каково было на войне ему, девятнадцатилетнему юноше, предположить нетрудно, ведь немцы цеплялись за любой рубеж, любую высотку. И выбивать их оттуда приходилось с большими потерями. Помогала не только сибирская закалка - родился и вырос Алексей Лыкин в Ачинском районе, но и семейные традиции. Его отец, Алексей Васильевич, служил в лейб-гвардии егерском полку и охранял последнего российского императора в Царском Селе. Потом он был призван на гражданскую войну, участвовал в боях на деникинском фронте, боролся с бандами Махно. А когда перебрались в Сибирь, столярничал. Но сытой многодетная семья Лыкиных не была никогда.

- В ходе последовавшей затем Ясско-Кишинёвской наступательной операции, - рассказывает ветеран, - я уже считался опытным фронтовиком. Знал, как организовать управление, как поднять солдат. Хотя, конечно, молодость брала своё: нередко мы бывали безрассудны...

ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ АЛЕКСЕЯ ЛЫКИНА "ЖИЗНЬ БЕЗ РЕТУШИ"

"У одного молдавского села две наши батареи остановились. Я развернул стереотрубу и стал наблюдать за противником. Вижу, что немцы на повозках уходят из села, совсем, видимо, не предполагая, что мы так близко. Тогда мы развернули орудия и открыли по ним огонь. Возникла паника. Вижу, как немцы мечутся по склону горы, и говорю комбату: "Давай-ка я возьму с собой бойцов и обойду село. Можно взять их в плен". Тот разрешил. И вот мы поднимаемся в гору. А оттуда, откуда ни возьмись, навстречу нам немец с винтовкой в руках. Не дойдя до нас метров сто, выругавшись на чистом русском языке, он вдруг присел на колено и стал по нам палить. Но, видимо, услыхали его мат наши солдаты: ударили из автоматов. А ведь вполне мог бы попасть и в меня...

Поднимаемся в гору, а из-за валуна встаёт длинный верзила. И что-то там лепечет: "Я австриец". Но в пылу атаки наши застрелили и его. И тогда немцы начали сдаваться - выходят из леса гуськом, затылок в затылок, с поднятыми руками. Все без оружия, а один из них явно офицер - за поясом кобура с пистолетом. "Это правда,-спрашивает он меня,- что вы всех пленных расстреливаете?" Так, мол, твердит наша пропаганда. Но у меня-то по политучёбе всегда были отличные оценки, поэтому отвечаю как по писаному: "Кто не сдаётся - уничтожаем, ну а кто сдаётся - тому гарантируем жизнь". Он повеселел. Да и я доволен собой: воевал до этого с автоматом, а тут такой трофей, добытый в бою,- пятнадцатизарядный, с прицельной планкой пистолет! Вижу у него на руке ещё и часы, но не решаюсь их снять. Легче человека убить было, чем ограбить. С большим трудом всё же выдавил из себя: "Часы". Он покорно их снял и, передавая мне, сказал: "Идут точно по Берлину". Ничего, думаю, теперь будут идти по Москве.

Потом я увидел, как к "моему" офицеру бросились более опытные солдаты, и уже через минуту он стоял без хромовых сапог, одетый в солдатские ботинки. А мои однополчане передавали из рук в руки отобранные у него карманные часы. Он было потянулся ко мне за защитой, но я сделал вид, что не узнал. И приказал отвести пленных в штаб. Стал бы провожать их до штаба сам, обязательно получил бы орден. Но я был деревенский, и такие мысли мне и в голову прийти не могли..."

- А первый ваш орден за что, Алексей Алексеевич?

- Орден Красной Звезды я получил за форсирование Дуная в ноябре 1944 года. Тогда я уже стал в полку ветераном - такие у нас были большие потери. Мне было приказано переправиться с разведчиками и связистами через две дунайские протоки, а когда на небольшой островок прибыли ещё и пушки двух наших батарей, получился неплохой плацдарм для наступления. С него мы вели по противнику огонь прямой наводкой, помогая переправляться через реку войскам. Всю ночь наши солдаты вылавливали из воды просящих помощи пехотинцев. Доставалось, конечно, и нам, потери были огромные. Один немецкий снаряд из тяжелого орудия угодил прямо в траншею, где находился мой наблюдательный пункт. К счастью, он не взорвался.

Это уж как кому повезёт - и мой отец прошёл войну без царапинки. Но сколько душевных ран и отметин оставила она в сердцах уцелевших фронтовиков! На твоих глазах гибли товарищи, лилась кровь. И так - каждый день.

- Особенно мне запомнился январь 1945 года,- говорит Алексей Алексеевич.- Тогда противник сосредоточил в Венгрии огромные бронетанковые силы, намереваясь нанести нам сокрушительный удар, тем самым демонстрируя миру, что он ещё силен и с ним нужно считаться. Возможно, получись у немцев так, как они задумали, непременно возникла бы и тема переговоров о мире.

ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ АЛЕКСЕЯ ЛЫКИНА "ЖИЗНЬ БЕЗ РЕТУШИ"

"Нам был дан приказ занять огневые позиции в указанном районе. Получив задачу, мы стали колонной выезжать из села. Но к этому времени оно уже было окружено танками и бронетехникой противника. С нашей стороны это был, конечно же, явный просчёт: ведь, находясь на марше, мы были просто игрушкой в руках противника. Он этим и воспользовался, буквально расстреливая нас, как в тире. В позорном для полка побоище мы потеряли 21 пушку из 24-х и до трети личного состава".

Однако судьба и на этот раз уберегла Лыкина: из-за случайной аварии на дороге он со своим взводом поотстал от основной колонны. А начался бой, солдаты отцепили пушку и приготовились отражать танковую атаку врага. Но удалось произвести только три выстрела - разорвавшийся поблизости снаряд вывел её из строя. Тогда было принято решение пробиваться к своим. Но куда?

- Я решил бежать, - рассказывает он.- По открытому полю, под ураганным обстрелом - куда-нибудь, лишь бы подальше от этого пекла. Бегу по полю, а рядом со мной тыкаются в землю крупнокалиберные пули от пулемета. Слышу по шапке удар, падаю, не шевелюсь. Немец подумал, наверное, что со мной всё кончено, и перенес огонь на других.

Именно в этом бою, рискуя жизнью, Лыкин спас от верной смерти раненого замполита полка, майора Тарасова. Тот вскоре и вручил ему орден Отечественной войны I степени - "за спасение жизни старшего командира".

Ну, а третью свою награду, ещё один орден Отечественной войны I степени, Алексей Алексеевич "заработал" через три дня после своего дня рождения - 20 марта 1945 года, при повторном взятии нашими войсками венгерского города Секешфехервар. Тогда его батарея, "оседлав" шоссейную дорогу, ведущую в город, рассчитывала отомстить немцам за своё недавнее поражение. Но чуть было опять не опростоволосилась.

ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ АЛЕКСЕЯ ЛЫКИНА "ЖИЗНЬ БЕЗ РЕТУШИ"

"Сзади нас была глубокая лощина, по которой тёк небольшой ручей. В три часа ночи, после завершения работ по установке орудий, наведения телефонной связи со штабом полка мы с комбатом улеглись вздремнуть прямо на земле, на куче кукурузы. Усталость была великой, и сон был крепким. Но уже через два часа нас разбудила сильная пулеметная стрельба. Потом раздались взрывы снарядов, загорелись в лощине дачные сараи... Как потом оказалось, немецкие танки под прикрытием ночи зашли по лощине к нам в тыл. И мы стали разворачивать свои пушки на 180 градусов. Один из танков подбили в бок прямо на территории нашего расположения, второй, у которого заклинило от выстрела башню, немцы бросили в лощине с работающим мотором. Мы выстояли и сдержали атаку двенадцати танков. Это было, конечно же, непросто: наши 76-миллиметровые пушки имели дальность прямого выстрела 600 метров, а немецкие "Тигры" и "Пантеры" доставали нас с двух километров".

Победу Лыкин застал в австрийском городке Санкт-Пельтен, что по дороге на Линц. И когда артиллерийский истребительный полк расположился на отдых в бывшем немецком лагере, прошёл слух, что скоро будут отбирать фронтовиков для участия в столичном Параде Победы. Лучших из лучших.

- Я, конечно, ни на что и не рассчитывал,- признаётся Алексей Алексеевич.- Думал, вот старшина Харитонов -тот обязательно поедет, всё-таки Герой Советского Союза. А три боевых ордена, как у меня, были у нас в полку ещё у одного взводного.

Однако же всё-таки выбрали его - прошёл Лыкин и полковое, и армейское "сито". Да и в штабе фронта он приглянулся: молод, выправка что надо. И вместе со старшиной Харитоновым впервые за всю войну с матрацами и простынями поехали они в санитарном поезде в ликующую Москву. Куда и прибыли в начале июня 1945 года. Сводный полк 3-го Украинского фронта - 1400 человек -разместили в казармах училища химической защиты на станции Болщево Мытищенского района.

И началась изнурительная строевая подготовка победителей - с обязательным перерывом на обед и выдачей положенных фронтовикам ста граммов. Конечно же, им, выпускникам офицерских училищ, было намного легче, чем, скажем, вчерашним учителям или токарям, хорошо воевавшим, но не знавшим до этого, что такое строевая подготовка. Но, видимо, те люди были сделаны из какого-то особого материала - ну разве скажешь, глядя на хроникальные кадры московского Парада Победы, что это идут по Красной площади не образцовые служаки, а вчерашние токари и учителя!

- Каждый сводный полк на Параде,- рассказывает Алексей Алексеевич,- состоял из семи батальонов по двести человек в каждом. Стрелки, автоматчики, танкисты, связисты... Артиллеристы шли третьими, а я был одиннадцатым с правого фланга в первом ряду. Дважды мы выезжали тренироваться на Центральный стадион, а за день до Парада, 22 июня, прошлись в три часа ночи на генеральной репетиции и по Красной площади.

День Парада запомнился ему до мелочей. В шесть часов утра прибыли из Мытищ на Ярославский вокзал, разделились на две колонны и двинулись в сторону Красной площади. Поначалу старались идти не в ногу, чтобы не шуметь -люди же ещё спят! Но кривые московские улочки уже полностью были заполнены ликующим народом, и сотни букетов цветов летели под ноги победителям.

- Расположился наш полк чуток левее от Мавзолея,- вспоминает ветеран.- Появились на его трибуне Сталин, Молотов, Калинин... Ударили на башне куранты - послышался цокот копыт. Это выезжал на Красную площадь маршал Жуков, к которому навстречу тотчас устремился командовавший парадом Рокоссовский.

- В своих воспоминаниях маршал Жуков говорит о том, что в этот день шёл сильный дождь: "Я видел, как с козырьков фуражек струйками сбегала вода, но душевный подъем был настолько велик, что никто этого не замечал". Вы действительно этого не замечали?

- Конечно! Перед парадом нам выдали специально пошитую для него новую форму и заставили надеть каски. А я её за всю войну ни разу не надевал. Как-то не принято было это у нас в войсках - ходить в касках. Летом воевали в пилотках, зимой в шапках. Что для нас дождь, когда мы были в касках!

Теперь Парад Победы - это и его история. Наряду с ещё одним событием, украсившим жизнь: Лыкину посчастливилось стать ещё и участником правительственного приёма в Кремле 25 июня 1945 года. Приглашение на приём получали лишь пятеро участников Парада из двухсот. Теперь это приглашение хранится в Красноярском краеведческом музее рядом с благодарственным письмом с фронта его родителям.

- Малый зал Кремля, одиннадцатый стол,- беру я в руки документ.- Как это происходило?

- Просто и уважительно. Подъехали вечером к Спасским воротам, охрана только поинтересовалась на входе: "Оружие есть?" "Нет",- отвечаем. И проходим в Кремль без всякого обыска и досмотра. Хотя в казарме в Мытищах у меня и ТТ хранился (поменял-таки я на него свой немецкий трофей!), и патроны к нему были... Прошли в банкетный зал, расселись на свои места. И когда Молотов открыл приём, начали отмечать Победу.

Ну, а на другой день выехали обратно в Австрию, в свой полк. Там Лыкина ждало новое звание - старший лейтенант и скорое повышение в должности. Однако на этот раз судьба была не столь милостива: кадрового военного из Лыкина не получилось. Помешала серьёзная болезнь, симптомы которой он уже чувствовал в Москве. И осенью 1946 года, помотавшись с полгода по крымским санаториям, он навсегда снял с себя военную форму.

Огорчаться ли ему по этому поводу сейчас? Вряд ли стоит. Из девяти сверстников, призванных с ним в артиллерийское училище из села Берёзовского в 1943 году, только двое вернулись обратно здоровыми. А трое сибиряков навсегда остались лежать в чужих землях.

- Собрали нас как-то в краеведческом музее,- рассказывает Лыкин,- ещё на тридцатилетие Победы. Всех, кто участвовал в Параде Победы в Москве и проживает на территории Красноярского края. Пришло человек тридцать. Стали разбираться, что к чему, и выяснилось, что настоящих фронтовиков из нас осталось только двое: я да еще один, он потом умер. Сегодня участниками Парада Победы считают себя все, кто стоял тогда в оцеплении, кто присутствовал на Красной площади в качестве гостей. А ведь это не совсем правильно. Только фронтовики до торжественного шествия по Красной площади стояли перед Мавзолеем. Даже войска Московского гарнизона, замыкавшие Парад, и те дожидались своей очереди за пределами площади.

Бережно хранит ветеран и ещё один отличительный знак своего участия в историческом событии. Прибывшим в Москву на Парад фронтовикам, первым в нашей стране, еще в июне 1945 года были выданы медали "За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.". Причём удостоверения к ним номерные, да и изготовлены они в коленкоре, а не из обычного картона, как стали делать потом.

Это я всё к тому, что таких, как Лыкин, сейчас в России считанные единицы.

Окончив после войны Иркутскую юридическую школу, а затем заочно и Всесоюзный юридический институт, Алексей Алексеевич никогда не кичился своими военными заслугами. И будучи начальником отдела юстиции Красноярского крайисполкома, редко когда надевал ордена. Даже о его участии в Параде Победы сослуживцы узнали случайно.

- Это была просто счастливая случайность, подарок судьбы,- подытожил он разговор.- А я частенько думаю о тех, кто вставал в сорок первом году навстречу танкам с одной только бутылкой зажигательной смеси в руке, кто погиб, защищая Сталинград, кто горел на Курской дуге. Вот настоящие герои! Разве без них была бы Победа? Да только нет на земле такой площади, чтобы поместила их всех...

Зато есть наша память. И в ней должно хватить места для всех.

Здоровья вам и долгих лет жизни, истребитель фашистских танков, старший лейтенант Лыкин!


Виталий ПЫРХ.

На снимках: таким А. А. Лыкин был в 1945 году после Парада Победы; такой он сейчас.



ТАКЖЕ В НОМЕРЕ:
КРАСНОЯРЦЫ ЕДУТ НА ЗАПАД
2 октября в Назарове пройдёт очередной этап акции "Тебе, наш край, и труд, и песня" ("Поклон от губернии"), посвящённой 70-летию края.

ЛУЧШИЕ МЕНЕДЖЕРЫ КРАСНОЯРЬЯ
Как уже сообщал "Красноярский рабочий", Ассоциация менеджеров РФ подготовила очередной рейтинг "1000 самых профессиональных менеджеров России", лидером в котором оказался генеральный директор Красноярской авиакомпании "Красэйр" Борис Абрамович.

ЛИКБЕЗ ДЛЯ КРАСНОЯРСКИХ РОДИТЕЛЕЙ
С 4 октября до конца учебного года в Красноярске начинает работу открытая телефонная линия по вопросам образования и семейного воспитания детей. Линию проводит главное управление образования администрации Красноярска в рамках проекта "Сотрудничество школы и родителей для становления семьи как педагогической системы".

"КТО ПОСЛЕДНИЙ ЗА ЛЮБОВЬЮ?"
9 октября на сцене Большого концертного зала народная артистка России Лариса Удовиченко и заслуженный артист России Станислав Садальский покажут комедию "Кто последний за любовью?" по пьесе Елены Кузнецовой в постановке Дмитрия Горника.

ДНИ ПОДПИСЧИКА МАРШИРУЮТ ПО КРАЮ
По традиции почтовые работники края с участием редакций периодических изданий, и в первую очередь с редакцией газеты "Красноярский рабочий" проводят в период подписных кампаний дни подписчика.

ЭТИ ПЛЕНИТЕЛЬНЫЕ ЗВУКИ
Сегодня - Международный день музыки

АВИАТОРЫ ПРИЗЕМЛИЛИСЬ НА ФУТБОЛЬНОМ ПОЛЕ
Осенние встречи ведущих команд предприятий краевого центра на кубок генерального директора авиакомпании "Красэйр" стали доброй традицией и нашли своё законное место в спортивном календаре краевого центра.

ДВЕ КОРОНЫ
Сегодня в мировых шахматах имеется несколько чемпионов мира. Мы уже запутались, кто же из них самый главный. Нельзя ли внести ясность по этому вопросу? И если есть такая возможность, опубликуйте, пожалуйста, пятерку лучших шахматистов нашего края.








Архив

Гидрометцентр России



Rambler's Top100







© 2000 Красноярский рабочий

in.Form handwork