ИСТОРИЯ О ЛЮБВИ
...А поутру они проснулись

Двадцать пять лет назад это была самая шумная история в районе. И совсем нешуточная для двух молоденьких учительниц, приехавших в Соловьевку по распределению, как для столь же молодого председателя, активиста колхозного строительства и обладателя шальных серых глаз.

Учительницы подругами были с 1-го курса филологического. В одной комнате прожили четыре года, которые были скреплены морокой общежитского бытия, экстримом сессий и тайной разных любовей, кои в изобилии выпадают на студенческую юность. Ведущей в этой паре была Людмила, она и ростом выше, и характером потверже. Валентина уступала ей в напористости и видности, но "брала" мягкостью, какой-то кошачьей грацией и притягивающей тихостью. Вообще-то они здорово дополняли друг друга и, наверное, дружили бы всю жизнь, если бы... Это "если бы" началось с того, что двух ставок учителя русского языка в Соловьевской школе не было. И Валентина безоговорочно пошла на должность воспитателя школьного интерната, лишь бы попасть в одну школу и в одну деревню с подругой. Людмила жертву приняла как должное, может быть, справедливо считая, что и как учитель она сильнее.

Вот с интерната, в котором было холодно и протекала крыша, все и началось. Уже в конце сентября стало в комнатах прохладно, и, померзнув вместе с ребятами за уроками, раздосадованная Валентина Сергеевна пошла на прием к председателю. Точнее, бесстрашно открыла дверь в его кабинет и выпалила с порога: "Какие бы ни были показатели уборочной, мерзнущие дети - главное". Заседавшее в этот момент правление одновременно крякнуло, охнуло, гмыкнуло. Молчал ошалевший председатель. Встретившись с его усталыми, растерянными глазами, разгневанная учительница смягчилась. "Прошу вас помочь", - гораздо теплее сказала она и вышла. Что было дальше на правлении, неизвестно. Но утром следующего дня на крыше уже стучали плотники и вопрос с завозом угля был на личном контроле председателя.

А вскоре был День учителя. И на скромный учительский праздник с застольем был приглашен весь колхозный истеблишмент. Слова, подарки, песни, пляски. Все как надо, и все хорошо. С Валентиной Сергеевной председатель встретился как со старой знакомой и уважительно пригласил на первый вальс. Да при этом шало глазами сверкал, смешил рассказами про самогонщицу Машку и серьезнел, рисуя планы будущего расцвета деревни. В которой, значит, будет приятно и радостно жить. Все это хрупкая воспитательница интерната слушала с интересом, безнадежно утопая в призыве серых глаз. Председателя пытались оторвать, отвести от беседы разговорами о разных проблемах. Людмила тоже шептала подруге, толкая в бок: "Про вас уже говорят. Остановись!" Двое были как завороженные. Искали друг друга глазами, а встретившись, лучились налетевшей как смерч симпатией.

Быть бы наверняка далее любви, свадьбе, семейной и ладной жизни в расцветшей деревне, не имей Валентина подругу и больного отца. Поначалу, как стали случаться в учительский домик визиты первого холостяка, Людмила была спокойна. Но всегда начеку. Наедине подругу не оставляла - превращала встречи в общий ужин, в беседы о педагогике и сельском хозяйстве. И всегда-то первая встанет посуду помыть, и на стол накроет ловко. Досадливых взглядов подруги словно и не замечала, а председатель смущался в такой обстановке, ничего не мог сказать Валентине особенного.

И так сложилось, что дружили-то вроде как втроем. Людмила и заправляла всей дружественной тройкой. То задаст седьмому классу сочинение "Если бы председателем был я", что было забавно почитать, то устроит "пельменник", то есть общую стряпню пельменей и их съедение под бутылочку и веселый разговор. Однако интерес к Валентине не оставлял председателя, на нее он смотрел ласковее и куда многозначительнее. Но не лезть же с обниманием, не лапаться, как "простому" деревенскому парню. Да и Валентина девушка строгая была, ее задевала нерешительность ежевечернего визитера. Думала так: захочет - сам отошьет Людмилу и с ней объяснится.

Быстро месяц во встречах и немудреных ужинах прошел. А на каникулах осенних Валентина сорвалась домой - отец сильно болел. Не ходить совсем в гости было неудобно со стороны Николая, понемногу запутывавшегося в отношениях. И им был сделан талантливый ход - он заскочил с приличным куском мяса "в пельменный фонд" и, отговорившись предстоявшим совещанием и приездом проверяющих, быстро ретировался. Впрочем, Людмила его ход разгадала. И не обиделась. Женой председателя она решила быть во что бы то ни стало. Ради этого настряпала пельменей. И заявилась в председательский дом. С "бутылочкой дружбы" к тому же. Растерянности хозяина словно не видела. Как ни в чем не бывало хозяйничала у плиты, хохоча над всякой ерундой. А потом, неожиданно притихнув, сказала твердо и горько: "Мне не жить без тебя, Коля! Я ребенка от тебя хочу!" Увидеть бы хоть одного мужика, не дрогнувшего после такого...

Ну а поутру они проснулись. Не идти же учительнице при белом свете дня домой из мущинской обители. Еще до вечера варили пельмени, жарили картошку. "Мы поженимся", - не то спросила, не то заключила Людмила, когда Николай сосредоточенно строгал лучину. И истории, кажется, стал виден конец.

Приезд Валентины был неожиданным. Чувствовала она неладное, примчалась на два дня раньше. И сразу, конечно, узнала о ночевках подруги. Откуда только смелость взялась: шарахнула поленьями во все председательские окна. Пришедшую домой подругу колотила скалкой, наскакивала в ярости, кричала жуть. "Я не дам вам жить, не дам! Как ты со мной, так и я!" - заявила ей, чуть утихнув. Кинулась к Николаю, зашедшему на скандал: "Ты же меня любил, я знала! И я люблю тебя!" Осел двумя возлюбленный у порога, без слов осел.

Делать было нечего - жениться обещал Людмиле. "Бегом" решили зарегистрироваться. Но уязвленная сдаваться не хотела. Как, где, но раздобыла бутылку стародавних чернил и в сельсовете при подписании пакта о безоговорочной жениховской капитуляции выплеснула невесте на светлое платье. Визг, слезы. А ей хоть бы что. Повернулась и вышла сквозь оцепление родни и всего колхозного истеблишмента. Только бескровные губы что-то шептали.

Так, с чернильного пятна, началась у обескураженных молодоженов семейная жизнь. И похоже, была не очень радостной. Видно, как сошлись непонятно, так и жили под постоянным гнетом проклятья и опасности перевыбора. Часто в задумчивости бывал председатель, неожиданно замолкал, глядя отрешенно в окно. О Валентине ли думал, о процентах ли урожайности... Стала директором школы Людмила Федоровна. Характер волевой, "нордический" к тому располагал. Двоих сыновей родила мужу. И вроде бы все как надо. Но о подруге и истории свадебной при ней упоминать не смели.

Валентина уехала через несколько месяцев после бурного скандала и разбора в роно. Предложили спешно место в другой школе. Потом, по слухам, перебралась в Красноярск и вышла замуж за вдовца-доцента.

В этом году тридцатилетие школы. Решили отметить грандиозно - собрать всех, кто здесь когда-либо работал. Оргкомитет посамовольничал: послал приглашение и Валентине Сергеевне. Теперь гадают, приедет - не приедет. А председатель вновь и вновь впадает в задумчивость. Может, о близкой весне его мысли. Может, прикидывает, как расцветет деревня после схода рыночных реформ.

Татьяна АЛЕКСЕЕВИЧ.



ТАКЖЕ В НОМЕРЕ:
ПЕРВОЕ ПОЛОСАТОЕ РАДИО
В эфир краевого центра 10 марта выйдет новое радио -"Зебра", которое будет вещать на частоте 105,2 FM.

ГОСТИ С ВОСТОКА
В Сибирскую аэрокосмическую академию приезжает делегация японских ученых.

ВОЖАТОМУ СЛОВО
Тринадцатого марта талантливые вожатые и руководители детских организаций и объединений Красноярска соревнуются в городском конкурсе "Вожатый года".

КОГДА ДУША ПОЕТ
В Малом концертном зале краевой филармонии состоялся юбилейный концерт ансамбля солистов "Тебе поемъ", посвященный 10-летию этого коллектива, которым бессменно руководит его создатель и дирижер, заслуженный артист России Константин Александрович Якобсон.

РЕКОРД К ПРАЗДНИКУ
Прекрасный подарок на 8 Марта сделала себе заслуженный мастер спорта по пауэрлифтингу Валентина Нелюбова.

СЛАДКИЙ И "ЯХОНТОВЫЙ"
Лучшим представительницам прекрасного пола Железнодорожного района подсластили жизнь.

ПОМОГИТЕ НАЙТИ РОДНЫХ
Хочу обратиться через вашу газету и найти своих родственников - Спорыхина Владимира Геннадьевича и Спорыхину Елену Геннадьевну, уроженцев города Уральска Казахской СССР.








Архив

Гидрометцентр России



Rambler's Top100







© 2000 Красноярский рабочий

in.Form handwork